Рыжий. Том 1. Грядет буря

Горы начинаются в среднем поясе Реналлона и тянутся до крайнего Севера, отсекая холодные течения и делая климат в Центре ровным и благоприятным для жизни. За Сурогом, в основном, находятся земли вечной мерзлоты, лишь ближе к центру располагаются Северные королевства. Для жителей Центра и Запада слово «засурожский» имеет два значения «происходящий из ледяной глуши» и «отмороженный».

(53) Дарм — «проклятье!». Хотя северяне разговаривают на общем языке, устаревшие национальные ругательства используют часто.

(54) Пирасс — (туор.) "маленький", малая серебряная монета.

(55) Усад — провинция во Внутреннем Поясе Туора.

(56) «Блюдущие волю нашада» — министры в Туоре. Подотчетны только правителю, имеют широкие полномочия в сфере своей ответственности.

Вторжение

Фарел сидел в своем кабинете и читал донесения. Практически одновременно, с разбросом в один-два дня, Туор подвергся нападению соседей. Командир опасался чего-то подобного, но, всё же, в глубине души надеялся, что пронесёт.

Не пронесло. Побратимы сообщали, что пограничные дерравы[57] сдавали территории без боя. Фарел в ответ крепко-накрепко наказывал силы не распылять, стягивать верные или хотя бы нейтральные отряды к Туорлану, избегая сражений.

Территория нашадства стремительно уменьшалась. С другой стороны, а что он мог противопоставить армиям соседей? Четыре сотни наемников? Все эти четыре сотни, разбитые на летучие отряды, собирали войска, вооружали крестьян, вывозили всё, что могли, с оставляемых территорий.

Командир удивлялся уже тому, что крестьяне, горожане и малые дерравы Внешнего пояса поддержали его, а не мятежных идрихов. И послушно оставляли селенья и города, забирая весь скарб и домочадцев. Кольцо врагов сжималось. Но в этом Фарел видел единственную надежду: собрать все свои силы в один кулак и дать битву там, где многократное численное преимущество не будет иметь решающего значения. Его побратимы, вдруг из вольных бойцов став амонталами[58], муштровали вчерашних крестьян, торопливо вколачивая им крохи воинских навыков.

Новоиспеченный нашад надеялся на разницу в традициях ведения войн Востока и Севера, загоняя вглубь мысль, что своими руками растит себе будущих бунтовщиков.

«Это хорошо. — криво усмехался Фарел. —Значит, верю, что это будущее будет.»

…

День за днем взмыленные гонцы приносили одни и те же донесения: враг наступает, сохранившие верность войска отступают, до столицы семь дней, пять дней, три дня.