Чужая тень

Спрятавшись за ним и инстинктивно вжав голову в плечи, я все пытался понять, что же происходит, пока не осознал, что здесь идёт битва сил воли и характеров и чем сильнее эти качества развиты, тем больше возможностей даёт ментальный мир. Возможно, мой щит не выдержал бы и я бы так и канул в небытие, но мой противник не мог не злорадствовать. Каким-то образом это тоже помогало.

— Прошли тысячи лет, а у людей что, так и не появился элементарный разум? Ты должен понимать, что шансов победить у тебя просто нет! Знаешь, я придумал кое-что поинтересней.

Я не сотру тебя. Наоборот, ты останешься беспомощно наблюдать за моей жизнью в твоём теле и, не способный что-либо сделать, будешь страдать. Вполне подходящая пытка для жалкого смерда. А самое главное, ты не попадешь в Зал стенаний. Как только твоя воля сломается, ты проиграешь.

Хохот императора разнесся по всему пространству.

— Заткнись!

Крик, вырвавшийся из самой глубины моей сути, вдруг наполнил меня новой порцией энергии.

Стрелы продолжали колотить по щиту, будто для императора было важно именно пробить мою защиту, а не уничтожить меня, ударив, к примеру, с другой стороны.

«Моё оружие — это моя воля и сознание», — окончательно понял я. Эта мысль закрепилась в голове, и, собрав всю ярость, я выплеснул навстречу стрелам волну всепоглощающего пламени. Миг — и всё вокруг заполыхало, обдавая жаром окружающее пространство. От нестерпимого огня начал преображаться воздух, будто пытаясь исказить этот ментальный мир.

— Нет! Нет! Ты не можешь быть сильнее!

— Р-ха-а! — снова воскликнул я.

С каждым криком мой дух менял природу атаки. Огонь плавно превращался в сверкающие молнии, а они уже сами находили цель, обжигая сознание противника, отчего тот разразился диким криком. Затем молнии превратились в невидимые путы и начали скручивать дергающуюся фигуру императора, давя на него сверху и снизу с такой силой, что обездвиженный Зэр рухнул на колени.

«Надолго ли меня хватит?»

Мои силы таяли, словно высокогорный снег, спущенный в низину солнечных полян.

Словно в глиняном горшке, полном воды, появилась трещина, и жидкость, найдя выход, вырвалась наружу, а у меня просто не было знаний, как заткнуть эту течь.

Всё это было новым для меня, и поддерживать свою волю и желание победить оказалось непросто. Но нужно было выбирать...

— Это бесполезно, — выдохнул император, и наброшенные на него путы затрещали по швам.