Приговоренный к низложению

Она подняла валявшийся в снегу амулет. Тот ярко засветился у нее в руках, но девушка бесстрашно прицыкнула:

— Кас, будешь скверно себя вести — на дохлую собаку надену! — и с невинной и смущенной улыбкой продемонстрировала кристалл командирам.

— Вот демон, — выругался один из них, а второй поспешил за скрывшимся в сумерках неупокойником.

Эйон, развернувшись, направился к замку.

— Эй, постой! — крикнула ему вслед Рут.

Сунув амулет в руки оставшемуся у костра командиру, который не успел даже возразить и остался стоять, держа опасную штуковину на вытянутых руках, девушка побежала за эльфом.

— Ну подожди же, у тебя ноги в два раза длиннее, мне на один твой шаг штук пять делать приходится!

— А зачем? — проговорил Эйон, не сбавляя ходу. — Я же тебе не брат, не отец и не любовник.

— Ну прости, сорвалось сгоряча! Постой!..

Эльф остановился, обернулся.

— Что?

Рут подошла к нему, потупив глаза.

— Я... я не думала, что дойдет до драки. Просто мне было очень скучно. Раз уж ты тоже не спишь, может... Может, поболтаем?.. Посидим у костра? — неожиданно робко попросила она, поднимая на Эйона просящий взгляд.

Тот вздохнул.

— Почему вообще ты, сестра Альтаргана, бродишь среди ночи за пределами замка? — строго спросил он у девушки.

Рут пожала плечами, опустила голову.

— Понимаешь... Я так давно не спала одна... — слова, которые обычно слетали у нее с губ легко и звонко, сейчас будто давались ей с трудом. — Это, оказывается, так страшно — вдруг очутиться в одиночестве в пустой комнате. И вокруг — совсем тихо. Я сначала к Рику хотела попроситься, но... Там и через дверь ясно было, что они очень заняты.

Эйон хмыкнул.

— Действительно, — проговорил он.

— Быть живой — одинокое занятие, — попыталась улыбнуться Рут, но улыбка получилась кривоватой и жалкой.

— Думаешь, быть мертвым — не так одиноко?.. — спросил вдруг у нее Эйон.

Девушка пожала плечами.

— Не знаю...