Смех победителя

- Тебе хорошо? - спросила Илна, благополучно не заметившая, что Хорст куда-то пропадал.

- Лучше всех, - ответил он, с грустью думая, что скорее мир перевернется, чем женщины перестанут задавать в одних и тех же ситуациях одинаковые вопросы.

      От расположенной южнее березовой рощи донеслась мелодичная трель, потом еще одна. После паузы соловей решил, что прочистил горло и защелкал, засвистел во всю мощь.

      Каркавшая где-то около самого лагеря ворона стыдливо умолкла.

      Грохотало так, что казалось - по крыше неба колотит кулачищами орда разгневанных великанов. Молнии казались бы ослепительными, если бы не приглушающая их стена дождя.

      Хорст ощущал, что промок не то что с головы до ног, а до самых внутренностей.

- Клянусь Владыкой-Порядком, надо бы остановиться, - пробурчал он, когда конь поскользнулся и едва не брякнулся вместе с всадником. - А то так мы далеко не уедем!

      Та же мысль, судя по всему, посетила и князя.

Он резко взмахнул рукой и гаркнул, заставив гром на мгновение примолкнуть:

- На следующем подходящем месте встаем!

      Но дорога, точно издеваясь, продолжала тянуться среди густого леса, и мохнатые темные ели, выстроившиеся по обочинам, выглядели не гостеприимнее змеиной норы.

      Годное для стоянки место показалось, когда гроза потеряла силу, а в облаках появились просветы.

- Лучше поздно чем никогда, - бодро сказала Илна и хлюпнула носом.

      Редары спрыгивали с коней, выжимали плащи.

      Когда проглянуло солнце, то от мокрой одежды повалил пар, создавая впечатление, что люди дымятся.

- Ладно, на сегодня хватит, клянусь щитом Порядочного Отольфа, - сказал Ангир, когда кто-то из его свиты громогласно чихнул. - Разбивайте лагерь!

      Забегали, засуетились дружинники и оруженосцы, из леса донесся стук топоров, и вскоре по всей поляне загорелись костры.

На вырубленных в ближнем орешнике шестах воины развесили сырую одежду, многие остались голыми по пояс, а некоторые - в одних подштанниках.

      Хорст со своим меленьким отрядом расположился у самого края зарослей. Привязанные рядом кони захрустели травой, повешенный над костром котелок забулькал, распространяя аромат кулеша, а Илна и Радульф взялись играть в хнефатафл.