Набирая силу (Альфа-2)

Да, нам с Бякой пришлось попыхтеть, преследуя афторр-тсурра, но даже на самом большом удалении, где не получалось разглядеть видимые лишь мне отблески от метки, я уверенно определял направление на цель.

Как и предсказывало описание, выданное навыком, преследование привело нас к расселине с крутыми склонами, и тянулась она от тёмного зёва пещеры. В сгущающихся сумерках и снаружи темновато, а внутри царил непроницаемый мрак. Но, судя по метке, продолжавшей просвечиваться даже через скальные породы, подземелье не из крохотных.

Афторр-тсурр расположился метрах в сорока от входа и, судя по неподвижности, крепко спит, окружив себя защитным коконом каменной кожи.

Бяка, начав погоню с энтузиазмом, чем дальше, тем больше задавался вопросом, что, собственно, случится, если мы сумеем догнать столь непростую дичь.

Упырь решил, что самое время получить ответы:

— Гед, а что мы дальше будем делать? Ведь тут нет деревьев рядом. И под землёй их тоже нет. Бежать некуда. Афторр-тсурр нас сожрёт.

Оглядевшись, я указал на левый склон расселины:

— Там деревья есть.

Наверху. И забраться туда легко вон по тому выступу. Чудовище по нему не пройдёт, слишком здоровое.

— Но оно пойдёт вниз, к выходу из этого ущелья, а потом вернётся поверху, — сказал Бяка.

— Пока обойдёт, мы успеем на дерево залезть, — заявил я.

— Но зачем мы тогда за ним гнались? Чтобы снова лезть на дерево? Это какое-то странное занятие.

— Бяка, успокойся, я никуда лезть не собираюсь, это просто запасной план.

— Запасной? Значит, есть какой-то другой план, который главный?

— Конечно, есть.

Мы убьём чудовище.

Окончательно всё осознав, Бяка обхватил голову руками:

— Мы умрём. Теперь мы точно умрём.

— Да говорю тебе, успокойся. Я же не самоубийца.

— А похож именно на него, — возразил упырь.

— Ты вообще на монстра похож, а на самом деле хороший человек, просто временами очень жадный. Так что не надо придираться к внешности.

— Я не придираюсь к внешности, я жить хочу.

— Все хотят, кому природа хотя бы ложку мозгов подарила, — мудро заметил я.

— Но нас не всегда спрашивают. Некоторым приходится умирать, а некоторым убивать. Сегодня мы сами принимаем решение. Сегодня мы будем убивать чудовище. И если мы всё сделаем правильно, оно умрёт. Да-да, я знаю, ты, как обычно, думаешь, что у меня бред. Но вспомни, ты ведь точно также говорил, когда мы готовились убивать шарука. И где теперь этот шарук, а где мы?

— Три шарука, три, — жадно напомнил Бяка.