Сандэр. Царь пустыни. Том II

Наконец, учуявшее постороннего чудовище оторвалось от поглощения айгаты и повернуло ко мне перемазанную кровью морду.

Дух смертного несёт на себе следы гибели и не обязательно повторяет прижизненный образ. Иногда вовсе отличается от внешности телесного сосуда. У магов, колдунов, отдавшихся Искусству, дух преображается и после смерти начинает походить на элементаля. Назвавшийся Борокве пустынник, по-моему, внутренне давно утратил эльфийский и человеческий облик. Лицо пустынника с трудом угадывалось в вытянутой клыкастой физиономии, перетекающей в лысый череп, помеченный светящимся клеймом.

– Нашёлся!

Оскалившись, злой дух оторвался от жертвы и, оттолкнувшись руками, прыгнул на меня. Я легко уклонился в сторону и придавил ногой шею буйного уродца, угрожая сломать позвоночник. Угроза не подействовала. Хребет затрещал, выворачиваясь, а непропорционально длинная рука с костлявыми пальцами устремилась к моей ноге, поднимая облако пепла.

Что хорошо – в Темнице дух не умирает от, казалось бы, смертельных повреждений.

Вот как сейчас. Я раздавил уродцу шею, сломал позвоночник, а ему хоть бы хны. Зато боль пленники чувствуют отлично. Этот, правда, какой-то неправильный попался, с пониженным болевым порогом.

Уклоняясь от взмаха когтей, я подпрыгнул и приземлился на грудную клетку пустынника. Рёбра затрещали под ногой. Мой манёвр ошеломил урода на долю секунды. Мгновения хватило, чтобы схватить тварь за хвост-хребет и запустить в ближайший обломок здания. С хлюпающим звуком и хрустом ломающихся костей чудище столкнулось с каменной поверхностью и упало в пепельный сугроб.

Потеряв в резвости, оно попыталось отползти под вздымающимися клубами пепла. Подскочив, я рухнул на локоть духа. Уродец выгнулся в попытке достать меня когтями другой руки. Медленно, слишком медленно! Захватив его запястье, коленом я прижал конечность твари к мостовой и вырвал кисть.

– Хочешь – кричи. Потом не сможешь. Юния, двигаем к храму!

Глава 7. Обучение

– Так зачем он тебе? – Белый Лотос склонился над растянутым на столе духом пустынника.

Изувеченные руки, голову, грудную клетку и хребет-хвост прочно привязали к столешнице лозами дриады. Уродец мычал, подрагивая – пробовал вырваться.

Препарировать я решил на площади перед храмом. Света достаточно, Юния вырастила навес от пепла, всё лучше, чем в убежище повелителя растений. Кроме того, на этом месте мы с божеством проводили вскрытие костяного дьякона.

– При жизни он, выдав себя за проводника, напал на мой отряд.