Хисгальд. Смерть поселилась в моей голове

Наоборот, добротное снаряжение, длинные мечи и усталый вид не остались незамеченными для давнишнего хозяина трактира.

— Доброго вечера, путники, — поприветствовал он и поставил три кружки пенного напитка.

— Вечер действительно добрый! Хорошо, что буря в лесу утихла, — отозвалась Меф.

— Это верно, — нахмурил брови мужик. — Скорее всего врасплох вас застала?

— Совсем немного, — отмахнулась учительница, но тут же, сверкнув глазами, продолжила. — Однако дорога дальняя была, утомила нас.

Они явно разыгрывали словесный спектакль, прекрасно понимая, кто что хочет.

Я улыбнулся про себя, отдавая Меф волю наслаждаться игрой.

— Дальняя дорога всегда утомительна. Откуда и куда путь держите?

— Мы через северные горы спустились и к южным портам направляемся. Слыхали, наём там хороший, да и платят достойно за работу.

— Значится, с северных гор… кхм, — мужик задумчиво провёл по бороде, которую не пожалела седина. Взгляд его стал тяжелее, а голос чуть тише. — Нечасто воины через нашу Ольховку-то ходят.

Меф положила голову на руку, глаза её торжествующе блестели.

— Так и не все воины могут через северные горы живыми пройти. А мы, как видите, целы и невредимы. Устали только, а заночевать негде.

Мужик несколько секунд буравил нас взглядом, а потом отбросил сомнения, хитро улыбнулся и задал животрепещущий вопрос:

— Ну, раз воины, то и за работу охранную берётесь?

— А то как же! — ответила Меф, откидываясь на спинку лавки и пробуя пиво.

— Это славно, — трактирщик расслабил плечи и тоже отхлебнул пенного.

— Кузен мой торговец, значится. Шкуры в южный порт через Озёрный город возит. Раньше всё спокойно было, да вот в последнее время другие его товарищи разбойников повстречали и груза своего лишились, ладно хоть жизни сохранили. Так я к чему толкую. Волнуется он, в путь пора выдвигаться с обозами. Хм-м… Как достопочтенные войны отнесутся к возможности сопроводить и в целостности довести моего кузена до Озёрного города? — он приподнял бровь, неустанно следя за Меф. Она же слизнула пенку с верхней губы и расплылась в довольной улыбке.

— Думаю, за звонкую монету и ночлег на сегодня мы сумеем договориться.

Трактирщик залпом выпил остатки своего пива и, вставая из-за стола, изрёк:

— Тогда по рукам! Завтра поутру придёт мой кузен, с ним-то по оплате и договоритесь, а комнату на сегодня мы вам подыщем.

Уже отдаляясь от нас, крикнул подавальщице, что ворковала с молодчиками в дальнем углу:

— Маруська, чего застыла, господа свой ужин уже заждались.