Победитель

— Какая силища!

— Довольно, Бюэхан. Отпусти, — скомандовал Лох Ойнах.

Гырр разжал пальцы, позволяя колесам коснуться каменистой земли, и вдруг его внимание привлекло движение на запятках одной из повозок. Он повернул голову и остолбенел. Прямо на него глядели огромные глаза цвета спелого желудя. Не раскосые, как у сидов, а...

Человек. Вернее, женщина — Гырр разглядел тонкую шею, волну расчесанных на пробор волос, а, главное, уши без признаков острячков — предмета гордости хозяев.

Мгновением позже, он понял, что женщина сидит совершенно свободно, без привязи, и одета в длинную рубаху на манер домашних одеяний обитателей горных замков.

— Куда, Бюэхан? Стой!

Несмотря на окрики Лох Ойнаха, под дружный хохот сидов Мак Тьорлы, Гырр сделал шаг вперед. Заворожено, будто в тумане. Ему захотелось прикоснуться пальцем к легкому пушку на разрумянившейся щеке, вдохнуть аромат волос, наверняка вымытых и вычесанных от вшей заботливой хозяйкой или ее слугами.

Позади ржал соловый, через силу переступая боком. Стальная цепь, натянутая человеком волокла его вперед, а трензель стремящегося остановить их сида разрывал рот.

— Стой, Бюэхан!

Гырр протянул раскрытую ладонь. Женщина испуганно отшатнулась, сжалась в комок, готовая к прыжку.

— Эй, феанн, прикажи убрать свое чудовище от моей зверюшки, — процедила сквозь сжатые зубы Мак Тьорла, поднимая самострел, — или я прикончу его!

— Бюэхан! — удар хлыста Лох Ойнаха ожег плечо.

Под взглядом медленно развернувшегося человека сиды попятились. Мак Гегра потянулся к рукояти меча, а ярлесса поднесла приклад к плечу.

С неохотой, опустив голову, Гырр вернулся и занял место у левого стремени Лох Ойнаха.

— Опусти оружие, высокородная феанни, — Мак Гегра сделал вид, что сбивает щелчком пальца несуществующую пыль с эфеса.

— Благодарю за помощь, — ледяным голосом отозвалась сида. — Нам нужно продолжать путь. Внимательнее следи за своими повозками, феанн.

Она отвернулась, ткнула кобылу шпорами и умчалась в голову колонны.

Взгляд, брошенный Мак Гегрой на Лох Ойнаха с Бюэханом не сулил обоим ничего доброго.

Впервые за много ночей Гырру не приснилась кикимора.

И вообще ничего не приснилось.