Земли Меча и Магии

А что, удобно — послал кого трёхэтажной конструкцией, а он только «ррр» бессвязное расслышал. И безопасно выходит, и удовлетворение!

Волчица взвилась в прыжке. Я уже думал просто забить да дать ей себя прикончить — уж больно соблазнительной казалась перспектива оказаться дома, в условно уютном Замке, где вокруг все свои и никто не пытается сожрать — но инстинкты взяли своё. Наверное, подобным образом человек, решивший утопиться, в последний момент собирает все силы и выныривает на поверхность. Говорят, японские военные моряки с потопленных кораблей мучались так во время второй мировой.

Когда американцы пытались подобрать их, воины страны восходящего солнца, чтобы не попадать в плен, сами топили себя. Не у всех получалось с первого раза — всплывали, шли на второй заход, а потом ещё и ещё, если требовалось...

Но из меня японец, как выяснилось, не очень. Наверняка, свою роль сыграли подъём, злоба и боевой настрой после победы над двумя церберами-зомби. В последний момент дёрнувшись вперёд, я сцепился с волчицей в жесточайшей схватке.

Она впилась в меня зубами, я — в неё, лапы с когтями принялись полосовать друг друга... Никогда бы не подумал, что буду вот так, безумно и осатанело, забыв про боль и получаемые раны, биться не на жизнь, а на смерть.

Мы катались по каменной поверхности ямы, сдавленно рыча и стараясь перебороть друг друга. Сказать по правде, победить я не надеялся — всё, что хотелось, это подороже продать свою жизнь. Не быть бессильной жертвой, отомстить за тот страх, когда на меня напали сзади в ночном лесу.

И тем удивительнее оказалось, когда в очередной раз мелькнула радуга, в который уже раз сообщая об единовременно усилившемся уроне, а перед глазами появилось сообщение:

Получен новый уровень!

Ваш текущий уровень: 6.

Сила +1!

Выберите навык, который хотите изучить: Мастер Магии Земли или Мастер Сотворения

Я понял, что треплю зубами уже мёртвое тело... Расслабив челюсти, устало завалился на бок и стал безучастно наблюдать, как мохнатая окровавленная тушка приобретает снова женские, человеческие формы.

Вся израненная, она больше не вызывала влечения. Мельком подумал, в какое же животное я превращаюсь, во всех смыслах.

Всё так же безразлично наблюдая, как сатиры поднимают моё окровавленное тело наверх для каких-то им одним ведомых надобностей, начал прикидывать, как бы лучше выбрать момент для провокации — чтобы добили уже, и дело с концом. Правда, взяли меня очень умело — так, что извернуться и укусить было сложно.