Падение Стража

Юноша только иногда останавливался, чтобы осмотреться, но, не увидев чего-нибудь нового, он просто продолжал свой путь по белой пустыне. И вот, во время последней остановки, Рейнольдс увидел, что горизонт начал медленно чернеть там, куда он бежал, а алый туман наоборот немного отступил.

При каждом взгляде на красное явление, Рейнольдс чувствовал необъяснимую и непонятную неприязнь. Но в то же время его нутро испытывало и необъяснимую тягу к нему. Вот только и черная полоса оказывала такое же воздействие.

Юноша словно стоял меж двух огней, каждый из которых мог с легкостью его сжечь, но ни одна сторона не хотела уступать.

Рейнольдс потоптался несколько секунд, не решаясь в выборе направления, пока его выбор в конечном итоге не пал на черную полосу.

- Хотя… туда долго добираться… Может, к красному пойти? – сказал он, поворачиваясь к красному туману, который медленно приближался. - Нет. Не хочу. Вот если бы я мог быстрее добраться до того горизонта…

И в тот момент, когда он повернулся, чтобы вновь посмотреть на черную полосу, это неизвестное мрачное нечто начало стремительно расти.

- Что же это? - сказал удивленно Рейнольдс, когда стена черного тумана оказалась в каких-то трех метрах от него, принеся вместе с собой запахи серы, пепла и гари. Казалось, что стену сотворили из угольной шелухи, а то, что выделялось на поверхности этого "нечта", постоянно дымилось и клубилось, как дым. Оно выбрасывало какие-то странные пепельные испарения, как какой-то потухший костер, и постоянно менялось.

Юноша пригляделся и понял, что это «что-то» простиралось от одной видимой стороны горизонта до другой, после чего он медленно подошел ближе и, вытянув руку, ткнул эту материю пальцем. Поверхность покрылась трещинами, и некоторая его часть осыпалась, подняв тучку дыма и пепла. Стена чем-то напоминала прогоревшее до углей полено с примесями пепельной пыли.

Рейнольдс собрался еще раз коснуться этой стены, как вдруг она стала обильно выделять дым, который оказался настолько плотным, что юноша не смог развеять или проникнуть через него.

И вдруг в этом загустевшем дыму что-то тихо заурчало, а затем из глубины стены вылезло несколько десятков маленьких глаз. Они напоминали человеческие, но с красными горящими точками вместо зрачков. Рейнольдс безразлично посмотрел на глазки, а те, осмотрев его с ног до головы, удовлетворительно моргнули, и потом вся стена начала распадаться, как сгорающая бумага.