Ветры Осени (Бастард-4)

— Что? — Слабо спросила Луиджина.

Ведьма не ответила. Последние капли тысяч лет жизни покинули тело. Императрица подползла к Ролану, вгляделась в лицо, столь похожее на отца. Закусила губу, осматривая жуткую рану, протянувшуюся от низа живота до шеи. Со спины подковылял кузен, единственной рукой волочит за собой великана.

— Ещё живой?

— Ещё.

— Тогда мы уходим. — Сказала Лу и бросила взгляд на открывающиеся ворота и на Орландо. — О нём позаботятся.

— А с этим что? — Спросил однорукий, указывая на Ролана.

— Берём с собой, ему тут не место.

Она возложила руки на спутников, зажмурилась, вскидывая голову к расколотому небу и они исчезли.

Эпилог

Холодный ветер заметает остатки лагеря, несёт запахи гари от города. Вместе с этим приносит бойкий перестук молотков. При приближении отряда мастеровые, разбирающие укрепления замирают. Но сотня рыцарей скачет не обращая на них внимания. Полуденное солнце отражается от снега и бьёт по глазам.

На подъёме к замку отряд замедлился.

Когда стража разглядела скачущего впереди рыцаря, поднялась суета. Отряд затормозил в мрачном ожидании поглядывая на главного. Высокого, но с возрастом начавшего грузнеть, седого рыцаря в подогнанных латах. Вскоре над воротами показался сам герцог. Винченцо хмуро оглядел гостей, за прошедшую ночь лицо осунулось, а под глазами набрякли огромные мешки. В волосах заметно прибавилось седины.

— Чего тебе, Адан? — Крикнул Винченцо. — Как видишь, с королевской армией я разобрался.

Может, хочешь попытать счастья и тоже осадить мой замок?!

— С чего такая грубость, дорогой Винченцо? — Ответил Адан, сжимая поводья и понуждая жеребца попятиться. — Это просто дружеский визит! Как-никак у тебя гостит моя жена и дочь! Или ты забыл?

— О, я искренне надеюсь, что ты тоже об этом помнишь.

— Такое забудешь... — Пробормотал под нос Адан, но громче заявил. — На самом деле, я всю ночь мчался к тебе на помощь, как только услышал, что войско короля подступило к стенам!

— ТЫ?! На помощь мне?!

— Именно! — Гаркнул Адан, расплываясь в широченной улыбке.

— Мы же теперь почти родственники!

— Чего? Ты вообще о чём? — Пробормотал Винченцо, дёргано оглянулся за спину и шумно выдохнул.

— Ведь твой брат, несомненно, благородный сир Орландо Озёрный, единственный ученик великого Серкано ди Креспо, с моей любимой дочкой... кхм... в общем под венец пора!

***

Папа Римский пригубил вина, разбирая бумаги на столе.