Тринадцатая душа

– Теперь… оранжевую, – приказал владыка. То была душа чародея.

Нулус протянул руку в сторону, один из рабов немедленно вложил в нее бокал красного вина. Его предпочтения здесь хорошо знали. Церемония повторилась. И вновь. И вновь. Душелов обязан был при всем этом присутствовать. Ему было дозволено уйти только после того, как чернокнижник испробует все души и убедится в их подлинности. Однажды один из душеловов, не сумевший изловить заказанную ему душу, подсунул владыке не то «блюдо». Чернокнижник мгновенно ощутил подмену и заменил отсутствующую душу душой обманщика.

Смерть вовсе не пугала Нулуса. Но подобный удел вовсе не был смертью. Трудно было представить что-либо хуже этого. Поглощенная душа не умирала, а оставалась внутри чернокнижника. Пережеванная, измельченная, изуродованная, но все еще живая…

А каплю каждой души Булорд всегда оставлял в принесенных ему филактериях. Оставлял для коллекции. Другие душеловы говорили, что он сплевывал их на следующий день после «трапезы».

Нулус никогда не присутствовал при этом лично. Но он почему-то был уверен, что все это выглядело куда как более грязно.

Закончив с двенадцатой душой, чернокнижник дал знак камердинеру и обессиленно распластался на троне. Ему требовался отдых. Внутри его живота что-то громко и гадко бурлило.

– Повелитель вами очень доволен, – тихо, боясь потревожить своего господина, произнес Орфус, за все это время едва ли шевельнувшийся. – Чего пожелаете? Мы все устроим.

Нулус осушил шестой бокал вина и взглянул на камердинера.

– Ничего. Но мне нужен новый список.

– Сейчас? – удивился Орфус. В распоряжении Булорда было три дюжины душеловов и каждый из них обязан был работать лишь шесть ночей в месяц.

– Да, сейчас, – твердо произнес Нулус.

– Хорошо, но у меня нет для вас готового списка и мне потребуется… его составить, – немного помявшись, ответил камердинер.

– Так составляй, – не поведя бровью сказал душелов.

Камердинер учтиво склонил голову и собрался покинуть церемониальную залу.

В этот момент Нулусу, смотрящему на дремлющего после плотной «трапезы» чернокнижника, пришла в голову необычная мысль.

– Я помогу, – придержав Орфуса за локоть, произнес душелов.

Камердинер с удивлением взглянул на охотника.

– Помогу со списком. Ты ведь идешь в коллекционную комнату.

– Да, туда… – протянул Орфус. – Но я не уверен, что вам можно…

– Неужели? – криво ухмыльнулся Нулус. В своих мыслях он уже праздновал победу.