Кровь достойных: Бастион Восточный

Нескончаемый поединок с призраком Вектора в облике возлюбленной наконец завершился. Охотник с удовольствием ощущал тепло соломенной постели и кислый аромат собственного тела, напоминающий о попойке и заодно укрепляющий его связь с миром вокруг.

За закрытыми ставнями слышались приглушённые звуки улицы. Кто-то спорил о куриных яйцах, доказывая, что те не могут быть сменены на свиную вырезку даже четырьмя десятками. Вскоре в разговор вступил ещё кто-то, предложив за яйца четыре кружки пива. На этом спор резко оборвался, послышался скрип и стук дверей.

– Боги и Твари, всё-таки я дома…

Уложив мысли в голове, Верус медленно поднялся и сел на кровати. Его немного подташнивало, но в целом чувствовал он себя прекрасно. Недолго думая, Верус попробовал встать. К его облегчению, ноги слушались, впрочем, как и всё остальное тело. Ни следа от десятков, если не сотен ран, оставленных проклятым Богом. Словно всё, что довелось пережить, было обычным ночным кошмаром.

– Нет… – сказал сам себе охотник, мотнув головой. Всё это не могло быть просто сном. Его чувства и ощущения нелегко обмануть даже Скверне. И сейчас они вопили, требуя держаться от кровати и сна подальше. Он всей душой не желал вновь встречаться с самозванным «учителем». Только не опять. К тому же тягучая боль в груди вернулась с новой силой.

Чувствуя, как постепенно возвращается мыслями к проклятой всеми Богами и Сущностями ночи, Верус вскочил и покинул комнату. Быстро шагая по скрипучим доскам коридора, он вышел на небольшую открытую террасу, что нависала над главным залом кабака, оказавшись прямо перед лестницей вниз.

Верус спустился по четырнадцати ступеням, количество которых успел запомнить за время проживания здесь. Ему случалось подниматься и спускаться по ним в разных состояниях, чаще в полубессознательном. Привычка считать пройденное преследовала его ещё с «беззаботного» детства в ордене.

Обогнув занятый сразу тремя мужиками стол, Верус проскользнул к прилавку.

Хозяин кабака улыбнулся, увидев знаменитого охотника, а по совместительству его дорого постояльца и главного покупателя медовухи за последнюю неделю.

– Доброго дня! Решил вздремнуть подольше, а, Ксаплам? Тебе как обычно?

– Света тебе, Федь, – кивнул Верус, усаживаясь на трёхногий табурет. – Мне чего-нибудь жареного, да пожирней, и рюмку горящей сукисы.

– А?! – удивлённо вытянулось лицо у Фёдора.