Седьмая Луна. Декамерон 4

– На пересечении Гримальди с Оттавиано есть золотарский лаз. Нашёл?

«Да».

– Вам надо выйти там. Займёт это от силы пару-тройку часов под землей. Оттуда до студенческого городка будет подать рукой. Доберетесь до института первыми. Я хочу, чтобы вы плотно окопались там и дождались нас. Если потребуется, зачистите пространство. Получится – прошерстите там дальше по пунктам. Не выйдет – и бес с ним. Вместе разберемся. Задача ясна? – инструктировал командир.

«Будет исполнено, капитан», – только и сказал Реверден.

Пусть весь Равновесный Мир покатится в тартарары, но приказ есть приказ.

– Надеюсь на вас. Как займёте позиции, откликнитесь. Там и сообразим дальнейшие шаги, – вздыхая, заключил Вальдес. – Работаем, братья! Конец связи.

«Конец связи», – сказал сначала тот, затем – Коллеоне.

Глава «Феникса» убрал руку от уха и засопел, став чернее тучи. Джада хотела было осведомиться, все ли хорошо у их боевых товарищей. Но тут внимание всей группы Вальдеса привлёк Драго Узелац:

– Ускоримся! – призывал он, переходя на бег.

Сокольник махнул рукой за себя, стягивая с плеча карабин. Персекуторы приготовили оружие и кинулись вслед за поводырем.

Узкая улочка за поворотом врезалась моментально в проспект. Перед глазами инквизиторов предстал разительный контраст. Жатва здесь еще не закончилась. И хотя основная масса упырей уже проходила здесь, люди по-прежнему мельтешили то здесь, то там. А совсем рядом, за многоквартирными домами, бушевал рой гулей.

«Они идут, – понимал Альдред. Сердце его замерло. – И скоро будут тут».

Безымянный проспект выглядел так, будто здесь приключилось наводнение.

Кругом разбросанные тележки; некоторые – и вовсе разбиты в хлам. Порванные и спущенные палатки. Битая керамика. Человеческие останки.

Редкие выжившие слонялись, по-прежнему плененные ступором: гадали, как умудрились выжить. О спасении судить горожанам было рано.

Группа Вальдеса следовала по пятам за Драго, не отвлекаясь на саргузцев.

– Инквизиция! Скорее сюда! Нам нужна помощь!

– Мой брат! Он умирает!

– Куда же вы? Постойте!

Ревнители веры игнорировали выживших, как могли. Отворачивались. Пропускали вопли мимо ушей. Персекуторы оставляли за собой городской люд в полном недоумении. Застрельщик, плетясь в самом хвосте, лишь вздохнул и пробубнил себе под нос:

– Вот дерьмо.