Путь силы. Первый пояс

А ведь я хотел! Хотел найти скупщиков на рынке и продавать через них!

— Хорошо ещё, что ты всё продавал через Плава, и на рынке не знали точного размера твоей добычи. Не знали бы! — Голос Мириота сочился ядом. — Если бы кто-то не сорил деньгами направо и налево, вызывая вопросы: «За какие заслуги Волки дают мальчишке такие деньжищи?»

Я скрипнул зубами. Третий день постоянно задаю себе схожий вопрос. Зачем всё это было, если так я лишь втравил свою семью в беду? Зачем мне вся эта одежда, оружие и красивая посуда в доме, которые пришлось бросить? Ладонь дрогнула, раскрываясь, — мне захотелось заткнуть Мириота, заставить его закрыть свой оскаленный рот.

Но я опомнился, сдержался, а ухмылка Мириота стала лишь шире, словно моё желание не укрылось от него.

— А потом мне доставили свиток с описанием, как ты вернулся из леса измождённый, с сожжённой выносливостью и сдал Плаву сущие крохи. На будущее, Леград, — голос Мириота снизился едва ли не до шёпота, — прибирай за собой.

Вот здесь я недоверчиво нахмурился: на что он намекает? Впрочем, Мириот тут же продолжил, не оставляя недосказанности:

— Не так уж тяжело понять, откуда раз за разом можно таскать ядра водяных Зверей.

Побоище ты там, говорят, устроил знатное. Не так уж много парней твоего возраста могут похвастаться тем, что победили сектанта.

Лейла едва слышно охнула за спиной. Я с трудом удержался, но не обернулся. Мириот хмыкнул:

— Впрочем, у вас был равный бой, не так ли? Внешний ученик Ордена против ученика внешнего круга? Кто там попался? Змея, крыса, тысячеглазый?

Помолчав, я вспомнил слова Гунира, что глава Волков один из лучших охотников на сектантов, и буркнул:

— Змея.

— Тебе стоило прийти с продажей его вещей ко мне, к Вагниру, сына которого ты спас, к Плаву, на худой конец. Зачем ты полез к теневикам?

Как будто мне не хватало того, что я сам мучил себя этим вопросом. Я огрызнулся:

— Не знаю.

— Я тоже не знаю. — Мириот на миг улыбнулся. — Могу лишь подумать на волю Неба.

Я со злостью отрезал:

— Слишком часто я стал слышать о воле Неба. Если вы всё это знали, то почему молчали?

Мириот спокойно, даже равнодушно пожал плечами:

— Ты думаешь, что я следил за тобой с первого дня? Прямо из предгорий? Тогда ты мне был ещё не столь интересен. Да и почему я должен был вмешиваться?

— А когда я пришёл к вам в лагерь? Ради чего вы выбрались оттуда?

— Ради тебя, Леград, чтобы взглянуть на тебя своими глазами, оценить твою силу.