Гвей из рода теккей

В этом виде, с волосами, убранными под головной убор, на коротких охотничьих лыжах, это рыжая была бы похожа на простую хорошенькую людиночку, если бы ни глубокий взгляд и гордо расправленные плечи.

            По центральной дороге, ведущей в город, они, словно прохаживаясь, дошли до леса.

            Здесь, у кромки дремучего царства было холодно и промозгло. Ветер, что востёр и резок, срывал наст с омертвевшего под ледяным покровом, поля и бросал в лицо.

 

Гвей остановилась, поёжилась, быстро взглянула на бескрайне поле.

 – Господин, тебе доводилось находить останки степицы в лесах?

– Нет.

– Но наша охотиться на лесной дороге. Хотя здесь более удачное место для нападения. Пограничная зона, отсутствие элементалий, простор для мгновенного исчезновения и появления. Как думаешь, господин, что велит ей искать жертв на лесной дороге? 

– Или кто. Отец? – как сам себе произнёс ловец.

– Да, я тоже об этом думаю.

Духи болезненно реагируют на плохое упоминание о себе. Говорят же, о почивших либо хорошо, либо никак. А тем более, родной человек… – так же, рассуждая вслух, проговорила Гвей. И неохотно добавила. – Возможно.

            Они вошли в лес и мягко заскользили по основной дороге. Взяли хороший темп. Рыжая шла впереди, уверенно стояла на лыжах, двигалась спокойно, без опаски, не тратила время впустую, не теряла скорости хода. Даже прибавляла шаг.

 

            Вскоре они оказались у того поворота, где сутки назад появился злой дух. Но и теперь ловчая не замедлила движения.   

Ниральд поймал себя на мысли, что рыжая идёт уж слишком быстро и уверено, словно степица обязательно (и заранее!) известит еёсвоём появлении. Впрочем, кто знает эту рыжую? А вдруг…

И тут Гвей встала, как врытая в землю. Даже инерция не занесла её ни на полшага. Быстро достала из какого-то мешочка горсть золотисто-рыжего песка и развеяла над ними.

Ниральд был уже знаком с данной процедурой и лишних вопросов не задавал. Они стояли молча, недвижимо в зримой тиши зимнего леса. 

На сей раз призрак в себя никак не проявил, не материализовался, но ловец почувствовал угрозу: волоски на руках встали дыбом, а горло свело от желания нарушить молчание. 

– Она отступила, думаю, ненадолго, – наконец произнесла девушка, всё ещё не двигаясь с места.