Топоры гномов

Выглядела девушка откровенно плохо, даже хуже, чем тогда, когда была поднята со дна ямы гвиллионов, однако не желала торопиться с выбором, настойчиво отметая одно дерево за другим.

Я сам, да и остальные гномы, не видели никакой разницы между теми растениями, что заполняли замковый холм. Но то мы! Нимфа же внимательно осматривала каждое деревце, ощупывала листья, вдыхала не слышимый нами аромат, после чего отвергала одного кандидата за другим. И это заставляло меня изрядно нервничать, ведь, в случае потери сознания, девушка могла и не очнуться.

– Ну а это дерево? – уже с ноткой отчаянья спросил я, указывая на тонкий росток всего метр в высоту. Он находился на той стороне холма, что был обращен к реке и казался совсем слабым в сравнении с другими кандидатами.

– Этот? – Тихо прошептала нимфа, ее тонкие пальцы нежно прошлись по веточкам растения. – Да, этот подойдет. Пожалуйста, опустите меня на землю.

Ее просьбу тут же выполнили, после чего девушка уже сама подползла к ростку и прижалась губами к его стеблю.

В тот же миг кожа нимфы стала блекнуть, все краски устремились к деревцу, что на глазах принялось разрастаться в ширь и высь. Но я обратил на это мало внимания, склонившись над девушкой.

– Эльсиэль, ты слышишь меня? Эльсиэль?

Нимфа не ответила. Выдернув исцеляющее зелье с пояса, я приставил бутылочку к губам нимфы, но влить не успел – тонкая, дрожащая рука остановила меня.

– Не стоит, это просто откат, скоро пройдет, – прошептала Эльсиэль, слабо улыбнувшись.

Уже спустя несколько минут я и сам смог убедиться в верности ее слов. Кожа девушки вновь стала наливаться цветом, насыщенным, будто светящимся изнутри. Более всего он был похож на цвет орехового дерева и что-то мне подсказывало, что именно такой была текстура того ростка, к которому привязала себя нимфа. Изменению подверглись и волосы, которые приобрели глубокий синий, с искрами белого цвета, оттенок.

– Чем тебе помочь? Хочешь воды?

– Воды? Спасибо, не откажусь, – проговорила девушка и приняла из моих рук фляжку, а затем сделала долгий глоток.

Это зрелище смогло убедить меня в том, что с Эльсиэль действительно все в порядке.

Кажется странным, что я так переживал за едва знакомую девушку, у окружающих могли даже появиться мысли о влюбленности, но они были бы не верны. На самом деле в нимфе мне виделся ребенок, ребенок познавший много горя, но не утративший способности радоваться жизни.