Сокровище троллей

Он упал грудью на камень, яростно затрепыхался – руки были в воде по локоть – и вспомнил нужные слова:

 – Заклинаю моей человечьей кровью – отпусти!

 Нехотя разжалась подводная хватка.

 Вырвавшись, путник уселся на камень. Он не замечал, что с рукавов полушубка текут ручейки, а овчина покрылась сосульками.  Юноша сердито глядел в прорубь.

 Там, на черной глади, вместо своего отражения он видел женское лицо. Некрасивое, но поражающее властностью и силой. Грубо вылепленные черты, прямые широкие брови, твердо сомкнутые губы, упрямые глаза, такие же черные и бездонные, как речная глубина.

И волосы, невероятно густая и буйная масса темных волос, колышущихся вокруг лица и уходящих под ледяную корку.

 Путник обиженно, по-детски всхлипнул:

 – Сильная, да?.. Довольна, да?..

 Сейчас он был похож на мальчишку, которого старшие ребятишки не взяли в игру, да еще и поколотили.

 Ни слова не прозвучало в стылом воздухе. Молчали замерзшие берега, молчал серо-сизый лед, по которому ветер мел снег.

Не дрогнули твердо очерченные, надменные губы женщины. Но в этом молчании был презрительный ответ, внятный путнику.

 Да, сильная. Да, довольна.

 Лицо в воде расплылось, растаяло, поверхность воды на глазах пошла затягиваться ледяной коркой.

 – Ну и ладно! – громко сказал путник, вставая на ноги. – Не больно-то надо было...

 Подобрав шапку, он принялся карабкаться по обледеневшей тропке. Подниматься было труднее, чем спускаться: мешали навернувшиеся на глаза слезы.

 * * *

 Уздечка из веревки была сделана с деревенской обстоятельностью: вокруг шеи за ушами лошади, узел под горлом, еще петля вокруг морды – и конец веревки как повод.

 А вот человек, который вел лошадь в поводу, на крестьянина отнюдь не подходил, хоть и одет был весьма небогато. Невысокий, жилистый, с острым волчьим лицом, который пересекали два старых шрама – один на щеке, другой через переносицу... И два меча за плечами. Эфесы простые, без украшений, потертые ножны.

Рабочие клинки.

 А потому двое, шагнувшие перед путником на дорогу, не стали его недооценивать. Держались на расстоянии – и один сразу поприветствовал незнакомца вскинутым на прицел луком. Стрела глядела путнику в лоб.

 Второй – здоровяк с мрачной физиономией – поигрывал увесистой дубиной, но близко к встречному не торопился подходить.

 – Не дергайся – и будешь жить, – предупредил молодой востроглазый лучник.