Apocalepticon

Но теперь убью тихо и медленно, как тебе?

Эльф взвился так неистово, как если бы был уверен в том, что эта ожившая карикатура на живое существо действительно может исполнить свою угрозу. Было слегка непонятно, как она могла выжить, однако его пытливый эльфийский разум уже подобрал несколько возможных вариантов, казавшихся ему возможными. Как бы то ни было, это заявление, сказанное существом, обагренным своей же кровью, вызывало скорее презрение к его самонадеянности, а не опасения за свою жизнь.

«Ты действительно думаешь, что способен на это, несчастный самонадеянный полутруп?»

Именно это Гал хотел сказать, выплюнуть, ядовито ощерившись, в лицо незнакомцу.

Но этого не произошло. Нет, не из-за того, что он внезапно опомнился, осознав, что это было не более, чем провокацией. Скорее уж, речь шла о самой его физиологической способности выдавать не только слова, но и членораздельные звуки в целом.

Вместо мощного «Ты действительно думаешь, что способен на это, несчастный самонадеянный полутруп?» он успел произнести: «Ты дергх хргхл хрх?!» прежде чем осознал, что что-то не так.

Следом за осознанием пришел кашель. Раскатистый, но все же чем-то приглушенный кашель. Он не мог остановиться, продолжая кашлять, стараясь вытеснить горький комок из своего рта. Он заскреб пальцами по своей шее, схватившись за нее обеими руками. Это не помогало.

Тогда он заскреб еще сильнее, используя ногти и процарапывая ими длинные царапины, призванные облегчить его участь. Но и это не принесло желаемого результата.

Как будто бы челюсти его сомкнулись и не могли разомкнуться без посторонней помощи.

- Видимо, что-то не так? – ядовито поинтересовался полутруп. – Как будто кто-то срастил твои челюсти воедино? Да вдобавок к тому еще и постоянно заращивает твое горло?

Оставив попытки ответить, Гал упал на пол, дергаясь и хрипя. Внезапная догадка озарила его красное от недостатка воздуха лицо. Он сильнейшим усилием оторвал свои руки от шеи и не переставая мелко трястись, провел ими по своему подбородку.

Все нормально.

Затем пальцы эльфа коснулись щек, беспрестанно надувавшихся и опадающих, в надежде хотя бы таким образом продлить минуты жизни их обладателя.

Все нормально.

Не справившись с чувствами, эльф закрыл ладонями нижнюю половину своего лица и нечленораздельно замычал.

Его губы были на месте. Его аккуратные, в меру большие чувственные губы. Но того, что должно было следовать за ними – рта, зубов – Гал не почувствовал.