Apocalepticon

Немного побродив по песчаному пляжу и обнаружив, что по площади он крайне мал, и что с одной стороны заканчивается морем, а с остальных – входом в чащобу тропического леса, я, набрав камней поувесистее, принялся швырять ими в предполагаемо все еще живых противников. 

Один попал в голову, и она с хрустом подалась вниз, проломившись насквозь. Еще несколько попали в рыбью часть и завязли в ней. Все же, представители подводной фауны были окончательно мертвы. А значит, не опасны. А возможно, даже годились в пищу.

Пища… что такое пища? Хотя… да, теперь понятно. 

Понимание будто бы появилось в тот момент, когда я принялся восполнять пробел в знаниях собственного лексикона. Лексикон… А что такое лексикон? А-а-а, понятно. Но мне все же стоит это обдумать. Пожалуй, сейчас это даже важнее, чем забота о еде. В конце концов, в пирамиде Маслоу познавательные потребности находятся гораздо выше, нежели физиологические. 

Я застыл. Затем аккуратно, стараясь ни о чем не думать, а если это вдруг произошло, оперировать рефлекторно понятными словами, улегся на песок.

Закрыл глаза. Вот теперь можно думать, хорошенько все обдумать, проверить объемы груза знаний, появившегося в моем сознании без непосредственно моего разрешения и участия. Стоит ознакомиться с информацией. 

Этот процесс занял достаточно много времени, но все же успешно завершился. Обремененный уже осознанными знаниями, я поднялся, отряхнулся и переместился поближе к моей добыче.

Естественно, они моя добыча.

Проигравшие в этой борьбе за существование, они позарились на самого посланца Бога в этом мире, на исполнителя его пренеисповедимой воли, на…

Пустив эти разжигающие самолюбие мысли фоном, я принялся за аккуратное прощупывание тел проигравших. Кажется, основу их скелета составляют хрящевые ткани, если судить по виду, который открылся мне после того, как было произведено небольшое вскрытие при участии белесого брюха одного из экземпляров монстра и найденного поблизости заостренного камня.

 

В любом случае, они состояли из мяса, в некоторой степени, а мне бы оно не помешало, так как пустой живот уже некоторое время просил обратить на себя внимание. Запустив во вспоротый живот руку, я некоторое время повозился внутри, а затем резко дернул, вытащив на свет некоторый орган. Отлично. Он тут же отправился в рот. Несколько раз сомкнув и разомкнув челюсти, я тут же проглотил его. Мерзкий, невкусный склизкий… но мясистый.