Apocalepticon

Среди них несомненное первенство занимало колоссальное строение, выполненное из серого камня, как будто бы полностью состоявшее из башен, что переплетались меж собой, порой даже в крайне необычных, если даже не сказать невозможных, конфигурациях. Серый исполин вполне мог посоперничать по размерам с горой, над которой располагался мой наблюдательный пункт. 

Черепоголовый толкнул меня в бок:

- А, приятель, увидел? Я гадал, забирался ли ты так глубоко в леса, чтобы видеть эту махину. Б-р-р, от того места у меня мурашки по всей внутренней стороне ребер.

Впрочем, не стоит так долго на нее смотреть. Правда не стоит. 

Картограф дернул меня за плечо, стремясь оборотить в сторону, но его сил для этого не хватило. Он не бросал попыток, в то время как я, завороженный, не моргая, смотрел на замок. О да, это был замок, несомненно. И что-то в нем, в его неправильной, холодной красоте правильных линий, заставляло саму душу поплотнее укутаться в принадлежащее ей тело. 

- Ну же, не заставляй меня применять силу! Ну пожалуйста, успеешь еще на него насмотреться.

Вот, смотри лучше на тех гигантских птиц, как они ныряют в море и возвращаются с добычей! Наблюдай, одну из них что-то утянуло под воду! А, Лять!

Все же разочаровавшись в физической силе своих костей, Картограф, не встретив никакого сопротивления, сгрузил с моей спины транспортируемый скарб, после чего оттащил его на безопасное расстояние:

- У тебя еще есть шанс одуматься, приятель! Помни,  не обычная нежить, я чувственен и раним внутри! Не хочешь прислушаться к доводам разума? Ну, на то твой выбор!

Вскинув руку вперед, Картограф изобразил своими костлявыми пальцами некий знак, затем его челюсть несколько раз опустилась и поднялась, после чего воздух как будто сгустился около его простертой в мою сторону конечности.

Сформировав его в подобие лезвия-плумесяца, черепоголовый направил его в мою сторону.

Мощная ударная волна ударила мне в спину, вышибая воздух из легких.

По инерции мое тело подалось вперед, след от ног остался на каменистой породе в качестве двух глубоких борозд, после чего я рухнул вниз. Вдогонку мне неслось:

- О Лять, о Лять, о Лять! Богиня Света, направь меня в пути!!!

Странно, но мне даже в голову не пришло попытаться ухватиться за что-нибудь. За растущий из трещины в скале сук, например. Он ведь так удачно расположился под рукой. Да, гигантский просчет с моей стороны.