Игрок

Вижу, что в мешочке на груди брюнета спрятан перстень с печаткой. Что мой знакомый мечник носит магический свиток, скрытый в рукояти меча. Туго свёрнутый в трубку и засыпанный мелким песком. А тот, что затянут в красную кожу, весь разрисован татуировками, и на спине у него выбита крылатая женщина. И все они – гораздо старше меня. Это знание приходит неожиданно. Наверное, я слишком пристально смотрел на них, слишком много съел травы. Мелодичный звон, с которым перед глазами выскакивает неожиданная табличка, оглушает, щебет блондинки кажется громом с неба:«Наблюдательность, навык повышен!»

Теперь можно посмотреть на странного всадника.

Тот по–прежнему сидит на спине своего мула. Волны, почти осязаемые волны неподвижности и покоя расходятся от него. Всё вокруг обрело зыбкую прозрачность, но не он. Наоборот, фигура на муле стала будто бы ещё темнее. Чем пристальнее я вглядываюсь в неё, тем больше тьмы вокруг. Вот уже невозможно отвести от неё взгляд. Делаю шаг вперёд, ноги как чужие. Шаг, ещё один.

«Нет. Ты мой. Только мой. Это ловушка. Стой!»

—Нет! – мои онемевшие губы повторяют слова неведомого голоса, прочно поселившегося в моей голове. Он звучит, как колокол, от него вибрирует всё внутри, ноют зубы. – Это ловушка.

—Что ты сказал, сизарь? – это лучник. Ему вторит брюнет с секирой:

—Да он послал нас, парни.

—Дуэль. На луках, первый выстрел за мной.

—Я следующий. На секирах. Могу дать свою, запасную.

—На мечах. У него есть меч, я видел.

Не слушая их, останавливаюсь, делаю разворот на месте.

Руки дрожат, будто я поднимал страшную тяжесть. Ещё немного, и я подошёл бы к тому, страшному, вплотную.

—Спасибо. – Говорю это голосу в голове. – Ты вовремя.

—Не за что.

Поднимаю глаза, и утыкаюсь взглядом в расписанную странными знаками ткань балахона. Жрец капитана Фроста. Ученик верховного мага Фракассий.

—Не за что, Эрнест Добрый. Я пришёл не спасать.

Глава 23

Вблизи жрец Фракассий кажется ещё измождённее.

Впалые щёки, кудлатая бородка с нитями ранней седины. Бледно–голубые глаза, тонкие пальцы со следами чернил. Эдакий учёный червь, который просиживает все ночи за книжками.

—Ты нарушил правила, эльф. В этом лагере без разрешения колдовать нельзя.

Жрец стоит и смотрит на меня, голубые глаза помаргивают, будто от смущения. А я чувствую, что дрожь в руках прекратилась. Какая–то странная усталость разливается по телу. Ноги как чужие, разве что не подгибаются.