Приговоренный к изгнанию

если я правильно понял, это — фамильное оружие?..

— Ты все верно понял, — отозвался тот.

Взявшись за металлическое древко посоха обеими руками, Нокс вдруг сложил его, уменьшив длину вдвое.

— Но почему посох?

— Потому что моему оружию больше трехсот лет, — ответил Нокс, на ходу пряча его в чехол. — Тогда фамильными делали только посохи.

— А как оно работает? Так работает любое фамильное оружие?.. — сыпал вопросами Рик, с сожалением наблюдая, как вожделенный объект исчезает из виду в мягком кожаном футляре.

Нокс рассмеялся.

— Любопытно, да? Это хорошо. Если совсем не расклеишься после ужина, то приходи на малый плац. Я с ним тренироваться буду — посмотришь.

— Спасибо! Я точно приду! — отозвался Рик, все глубже проникаясь симпатией к рыцарю.

— Не будь так уверен, — пошутил тот, закидывая футляр с посохом за спину.

Очутившись на поверхности, Нокс повел людей к следующему тренажеру.

— Обошлось, — хмыкнул Бруно на ухо Рику.

— И не говори... — пробормотал тот, чувствуя на себе чей-то долгий, внимательный взгляд.

Берта. Стоило ему взглянуть на девушку — и та, опустив глаза, как ни в чем не бывало, продолжила свой разговор с одним из воинов.

После тренажеров и обеда Нокс объявил тренировку по отработке новой техники и два часа спарринга. Услышав про «новую технику», разведчики принялись обмениваться ухмылками.

Но тут Нокс подвел их к двум большим ящикам, выставленным на плацу, и открыл крышку первого из них. Мечи, топоры, боевые молоты и короткие копья вспыхнули на солнце, как настоящее сокровище: в каждом из них сияло око кристалла.

— Его императорское величество запросил у Совета много кристаллов на строительство нового дворца, — проговорил Нокс. — Но часть из них была использована для создания этого оружия. Конечно, его мощь не сравнима с мощью настоящего фамильного, но оно позволит вам делать то, что раньше вам показалось бы невозможным.