Голос пугающей пустоты (Стеклянные небеса 2)

Чувствуя, как сердце начинает успокаиваться, он вернулся к стоянке и принялся распутывать вьючные узлы, чтобы снять с лошади все вещи — что-то подсказывало ему, что сегодня они уже никуда не поедут, — в первую очередь, сумку с цветными стеклами, держа которую, Теолрин чувствовал что-то вроде облегчения. Он все еще с трудом мог поверить в то, что они с Джейл вновь прошлись по лезвию клинка и избежали встречи со смертью — хотя, казалось бы, ему пора было бы уже и привыкнуть к подобному.

Что ж. По всей видимости, выходило, что сегодня они не умрут.

По крайней мере, они получили очередную отсрочку.

* * *

Отец пришел домой ровно в тот момент, когда она закончила варить похлебку.

Конечно, она обрадовалась его возвращению. Оставив кастрюлю, она бросилась к нему, чтобы помочь снять и повесить выцветший за годы службы плащ. Отец улыбнулся ей, сворачивая плащ, и ласково потрепал по волосам. Она почувствовала исходящий от него кисловатый запах пива — похоже, отец опять наведывался в таверну после работы.

Последние годы он делал это все чаще, но она его за это не винила, прекрасно понимая, как ему тяжело. Тем более, что, в отличие от многих, ее папа после пары-тройки кружек пива обычно становился добрым, мягким.

Так было и сегодня: хитровато прищурившись, он вытащил откуда-то из-за пазухи две миниатюрные сережки в виде цветков розы — из оранжевого стекла, неимоверно дорогие.

— Для моей маленькой леди, — произнес он, когда она разинула от удивления рот, и рассмеялся.

Она, конечно, не хотела сережки — куда больше она обрадовалась бы настоящему мечу, чтобы проучить Кейтру и Юнькаллу, своих напыщенных ровесниц, живших по соседству — но все равно приняла подарок с трепетом и искренним восторгом.

И откуда только отец нашел столько стекломонет, чтобы позволить такую роскошь? Она собралась было задать этот вопрос, когда отец зашагал мимо нее вглубь комнаты.

— Ты куда, папа? — обеспокоенно спросила она, внезапно испытав чувство тревоги.

— Как куда? — удивился отец. — Еще выпить, конечно же.

Она обернулась следом за ним, чтобы предупредить, что дома больше не осталось выпивки, когда внезапно поняла, что она не дома. Ну конечно! И как она могла ошибиться. Это же «Пегий барабанщик», любимая таверна отца. Вот, повсюду расставлены столы и лавки. Сидят люди: одни играют в карты, другие горланят песни, третьи просто пьют. Она видела, как отец направляется, чуть пошатываясь, к барной стойке — и в этот момент в таверне как будто начали сгущаться тени.