Голос пугающей пустоты (Стеклянные небеса 2)

Сделав глубокий вдох, чтобы прогнать из головы образ Джейл, Клэйв осторожно ответил на рукопожатие.

— Очень... приятно. — Он попытался улыбнуться в ответ, хотя вышло, должно быть, нечто весьма странное. — А я Клэйв.

— Ну да. — Девушка рассмеялась. — Я знаю.

Клэйв почувствовал себя смущенным. Такое странное ощущение... Раньше, в былые дни, он бы плескал красноречием и остроумием в диалоге со столь милой особой — теперь же он словно попал в шкуру какого-то неудачника, что все забывает и не может связать даже двух слов.

Неужели ему теперь не стать прежним собой? Одна лишь мысль об этом угнетала Клэйва, однако он постарался собраться, чтобы не упасть в грязь лицом... Ну, чтобы не упасть в грязь лицом совсем уж сильно.

— Я... не поблагодарил тебя вчера.

По правде, он вообще еще никого не поблагодарил, но Клэйв не стал придираться к деталям.

— О, не стоит. — Файни небрежно махнула рукой. — Мы делаем свое дело не ради благодарностей.

— Вот как. — Клэйв покосился на остальных собравшихся за столом (семерых, если считать без него и Файни) и, убедившись, что те увлечены выслушиванием нового монолога здоровяка, развернулся лицом к собеседнице.

— Я так понимаю, ваша... — он почти было сказал «шайка», но вовремя остановился, — ваш отряд... и все вы... из ближайшего окружения Факела?

— Мы? — Ярко-зеленые глаза девушки округлились. — Да брось. Лично я даже ни разу его в живую не видела. Вот Талли — да, пересекался пару с ним пару раз, и то когда Факел выступал в маске.

— Талли?

— Талли, да.

Ну, вот этот. — Девушка мотнула головой в сторону здоровяка. — Он что, не представился?

— Э...

Клэйв подернул щекой, напрягая память. После освобождения из фургона на него навалилась такая тяжесть, что он едва помнил, как ему помогли добраться до какой-то хибары и уложили спать — что уж говорить об именах и прочем.

— А вообще да, это вполне в его духе. — Файни прихлебнула из своей кружки. — Он одно время зарабатывал, участвуя в кулачных боях, так что — сам понимаешь — по голове его били довольно часто.

В общем, забывчивость — его второе имя.

— Эй. — Талли, еще секунду назад увлеченно беседовавший с остальными, повернулся к Файни и нахмурил брови. — Ты чего ему голову морочишь? Какие, к черту, кулачные бои? — Здоровяк перевел взгляд на Клэйва и разинул рот в широченной улыбке. — Я пекарь, брат. Уже пятнадцать лет как работаю в пекарне.

Клэйв так и не понял, кто из этих двоих шутит — да и, по сути, ему было не так уж и важно.