Голос пугающей пустоты (Стеклянные небеса 2)

Еще несколько людей поддакнули здоровяку.

Клэйв решил промолчать. Что он мог сказать? Попытаться оправдаться? Убедить Талли и остальных, что Зоркий заблуждался? Расправив рукав куртки обратно до ладони, Клэйв потянулся к своей кружке с недопитым пивом, надеясь, что с неловкими вопросами на сегодня покончено. Однако не успел он дотронуться до ручки, как Талли обернулся к нему и прищурился:

— Слушай, Клэйв... Мне плевать, по какой причине ты отправился на помощь Факелу в Ночь Огней — если захочешь, то как-нибудь расскажешь сам.

У меня к тебе лишь один вопрос, брат. — Клэйв внутренне сжался, уже готовый к худшему. — Ты будешь вместе с нами бороться против этих говнюков, прикрывающихся догматами Небесного Культа, во имя свободы и лучшей жизни?

Клэйв выдохнул. Что ж... Выбор у него и впрямь небольшой. По сути — выбора и вовсе нет. Что еще ему, в конце концов, оставалось делать?

— Да, брат, — ответил Клэйв, приподняв кружку с остатками пива.

— Я буду бороться вместе с вами. Даю слово.

Волна уверенности окатила Клэйва. Он понял, что сделает все возможное, чтобы это самое слово сдержать — тем более, что Тайли и его подопечные явно того заслуживали.

Взглянув с легким прищуром на Файни, Клэйв даже улыбнулся.

И улыбка эта, впервые за чертову прорву времени, вышла уверенной и искренней.

Глава 16

Наутро четвертого дня пути — после того, как они с Джейл преодолели предгорья и оставили их за спиной на юге — они повстречали двигающуюся с севера труппу странствующих музыкантов и, наконец, узнали новости о том, что происходит в мире.

Новости, к сожалению, оказались неутешительными. Несмотря на то, что инциденты в столице всколыхнули общественность, властям северных городов Кельментании удалось подавить все попытки бунтов и восстаний. Вроде как в каком-то городе ближе к границе народ во главе с нововестниками даже захватил власть и казнил барона-градоначальника, но уже через пару суток в город заявились несколько сражавшихся на границе батальонов и быстренько навели порядок; если верить слухам, то число казненных за беспорядки исчислялось едва ли не тысячами.

Также, если верить музыкантам (а у них, на взгляд Теолрина, совершенно не было причин лгать на этот счет), на всех въездах и выездах в города охрана утроила бдительность — более того, теперь вместе с ними дежурили и инквизиторы.