Ангелы крови

— Так. Ну и что мы имеем теперь?

Кинби развел руками.

— Да абсолютно непонятно, на самом деле, что мы имеем. Совершенно ничего не вытанцовывается. Стрельба идиотская, девчонку не пойми зачем порешили, жучила этот мелкий вдруг когти рвать решил… Причем как последний идиот.

— Ну, судя по всему, он и правда невеликого ума мужчина, — пробормотала Марта, разгоняя клубы табачного дыма перед монитором.

Кинби обошел стол, наклонился, положив Марте руку на плечо, и тоже всмотрелся в мерцающий экран.

На официальном снимке Паланакиди выглядел примерным мальчиком. Вот прямо сейчас на плакат «Законопослушный гражданин». Столбцы текста, сопровождавшие снимок, правда, несколько портили впечатление.

— Мошенничество, снова мошенничество, подделка товарных сертификатов, незаконная скупка ксеноартефактов, сводничество… О как, он и в сутенерах отметился, — восхитился Кинби и продолжил, — предпочитает действовать в паре с привлекательными девушками, данные о регистрации, последние задержания… Даже та-а-а-к, — протянул детектив, распрямляясь.

— Что такое? — спросила Марта.

— А ты посмотри, где он ошивался последние полгода, если верить вот этому стукачку, — показал на экран Кинби.

Марта вгляделась в синие строчки текста стандартного рапорта:

«Задержанный Симеон Ворпус показал, что во время разговора в баре „Лошадь“ его знакомый Борис Паланакиди, также известный как Питер Стерлинг, говорил, что ему удалось найти владельца крайне ценного предмета.

Упомянутый Паланакиди рассказал, что если ему удастся найти сам предмет, то он, по словам задержанного, „будет как сыр в масле кататься и до конца жизни ему хватит на все, чего тот не захочет“. Далее задержанный Ворпус показал, что Паланакиди находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, отказывался говорить, что это за предмет. По словам гражданина Ворпуса Паланакиди последние несколько недель регулярно посещал кварталы Западного пригорода, несколько раз его видели, разговаривающим с жителями незаконно занятых строений и частных домов. Данная информация представляется недостоверной и не имеющей оперативного интереса».

— Вот так вот. Не представляющей интереса, — с досадой бросил Кинби.

— Ну что поделать. Согласись, тогда это действительно не представляло интереса. Ну нажрался мелкий барыга, ну распустил перья.