Ночной хирург

— Конечно, ты еще не родился в ту пору, когда эти фильмы были на пике популярности, но всё же... впрочем, мы отвлеклись. Моя профессия — охотник на инфернальных тварей.

— На каких?!

— На нечисть. Сейчас меня назвали бы «ведьмаком», в честь другого персонажа... о нем ты тоже не слышал?

— С чего бы это?! Я не тупой, блин, и не в лесу живу!

— Это радует. Не придется объяснять слишком долго. В существовании самой нечисти ты имел возможность убедиться, потому отвечу сразу на главный вопрос... почему не ешь, кстати?

— Да так! — излишней деликатностью Тим не страдал, но сейчас замялся.

Не говорить же, что неведомая масса на тарелке напоминает ему загустевшую кровь — и видом, и вкусом. Тошнит от нее после всех сегодняшних дел!

— Кажется, я тебя понял. Принесите ему стейк из лосятины, хорошенько прожаренный.

Сказал негромко, но официант подорвался на кухню почти бегом. Арчибальда здесь, определенно, знали.

— На чем мы остановились?

— На главном! Зачем вы меня подставили перед тварями?!

— Вообще-то я ждал вопроса о родителях, но темы взаимосвязаны.

Что ж, начну издалека. Твой отец был человеком нашего ремесла, гораздо сильнее меня. С врожденным даром. Таких невозможно застать врасплох, но его застали и разорвали в клочья. Вместе с твоей мамой, которая вовсе не при чем, — по худому лицу Арчибальда пробежала тень, глаза зло сощурились. Тяжелая пауза, когда хочется затаить дыхание.

— Понимаешь, Тим, иногда мы тоже гибнем, но только в бою, с оружием в руках, и никогда не берем на дело свои семьи.

Твои родители здесь просто жили, это я уже выяснил. Перебрались на лоно природы, чтобы ты вырос крепким и здоровым. Осталось понять, кому они здесь так сильно помешали!..

Остаток ночи не спалось. Казенная кровать вдруг стала жесткой и скрипучей, во рту еще жил вкус лосятины, а нос не забыл ароматы странных специй. Больше всего мешала память. Будоражила новостями, которые невозможно принять — если хочешь и дальше считать себя здоровым на голову.

— Ты вряд ли поверил бы, потому пришлось окунуть тебя в это всё с головой, — повторил воображаемый Арчибальд.

— В шахматах приняты две стратегии, активная и пассивная. Я предпочитаю первую. Если враг тебя ищет, надо помочь ему — и встретить там, где ты будешь готов. В противном случае, придется играть по его правилам...

Информация, от которой мозги вскипают, и сон убегает напрочь. Не было никакой аварии, вот что! Был отец — такой же «ведьмак» — была мама, и сам Тимофей, грудничок в машине.