Ночной хирург

Тим вздохнул — глубоко, с медленным выдохом через нос. Глянул опять на дверцу — не заблокирована. Вспомнил лицо директрисы, потрогал паспорт в кармане. Бывают на свете чудеса, фигли тут спорить!

— А «ведьмаками» мы себя не называем, Тимофей, и никакой такой «ведьмацкой гильдии» у нас не имеется. Поехали дальше?

***

Разумеется, ехать пришлось. Не смог бы сейчас Тим вернуться к прежней жизни: к пацанам из комнаты, запаху хлорки и столовской пищи, к заплеванной площади перед автостанцией и картонке с тремя стаканчиками.

Тем более, Сани там больше нет, и кто знает, как оно дальше сложится!

— А что вы с нашей директрисой сделали? Гипноз?

— Можно и так сказать, — усмехнулся Арчибальд, сворачивая на узкую лесную дорогу. — Не поверишь, но я помню время, когда этот термин вовсе не был известен, пока его не ввел в оборот мистер Джеймс Брэд. До той поры использовалось слово «магнетизм», что само по себе... впрочем, я заговорился. Иногда бываю по-стариковски болтлив, увы. твоему вопросу: с Галиной Викторовной я использовал внушение в комплекте с классическим приемом, именовавшимся некогда «барашек в бумажке».

— Взятка что ли? Ну, это я тоже умею, когда «лавэ» есть. Вот с гипнозом круто получилось, она у вас реально была как зомби!

— Не преувеличивай. Про существ, именуемых этим словом, я тебе расскажу позже, а сейчас время действовать. Прошу на выход, мой юный друг.

Однако в странное место приехали! На поляну, обрамленную густым, высоченным папоротником. Тим здесь раньше бывал — всё с тем же Саней, мир праху его — знал, что рядом имеется заболоченная низина, потому комаров и мошки навалом.

Непопулярное место для пикников, зато удобное для тайных дел. Поиздеваться, например, над неким подростком, потом воткнуть ему в пузо клинок и выкинуть труп в болото — там найдется, кому обглодать, а директриса даже не вспомнит!

— Ты готов? — спросил Арчибальд, превращаясь из говорливого деда в сурового незнакомца. Как все маньяки, точно! Потянулся и вытащил с заднего сиденья чемоданчик.

Плоский, черный, как у завхоза Степаныча — тот его именует «дипломатом» и носит в нем всякую хрень, вроде чипсов и бутербродов.

— Будет немного больно и страшно, но ты выдержишь.

Может, врезать ему с локтя? Хороший удар, еще Саня показывал — в кадык, чтоб закашлялся! Выскочить и рвануть в лес, а там догони, попробуй!

Тим вздохнул и полез наружу. Может, дед и его загипнотизировал, только не было сейчас страха, при всей дикости ситуации.