Ночной хирург

Пару секунд разглядывал сидящего, потом в руках появилась кухонная тряпка, взялся стирать свои художества отовсюду.

— Мы не судьи и не палачи, но за каждое дело воздастся каждому, Вячеслав Борисович. Это не Библия, а естественный закон. Живите, если получится.

Ксюши за дверью не оказалось — или спряталась шустро, или есть тут, кому шелестеть, помимо нее. Хозяин квартиры следом не вышел. Остался сидеть, будто сдутая резиновая кукла.

***

— Ну, и зря вы так! — вырвалось у Тима, когда ехали по вечерним улочкам.

— Всё красиво, базару нет, только жить у него нормально получится! И слова эти ваши забудет через час! Могли бы колдануть, чтобы без следов, типа сам заболел!

— Зуб за зуб, глаз за глаз? Ты меня с кем-то путаешь, Тимофей. Я не бабка-ворожея, порчу наводить не обучен. А он, конечно, предатель, но ведь не убийца.

— Реально?! А чё там за булавка тогда?!

— Обычная, с наговором. Низшие твари не могут сами определить жертву, ее нужно пометить словами, или предметом.

И отворить брешь.

— Ага, помню. Когда затворять поедем?

— Завтра, прямо с утра. Твоему дяде Коле как раз хватит времени, чтобы прийти в себя окончательно. Ты, кстати, на море бывал хоть раз?

— Откуда бы?!

— Побываешь, если всё получится. Сейчас там, конечно, самый сезон, засилье отдыхающих, да и в Москве не протолкнуться, но ждать мы не можем. Надо выяснить, кто и почему заказал твоих. А обиды забудь, не стоят они того.

— Базару нет, подставлю правую щеку, или какую там надо! Две сразу!

— Тоже лишнее, — сказал Арчибальд, сворачивая к детдому.

— Мне вот показалось, что Слава уже наказан, хоть и не понял этого. Здоровье не богатырское, годы не молодые, а интерес подруги к нему насквозь корыстный. Предвижу одинокую, нищую, больную старость, чего и врагу бы не пожелал. Всё, украденное у твоей семьи, встанет ему костью в горле, потому не жалей об этом и научись отпускать материальные блага. Людей отпустить сложнее, поверь.

— Вам хорошо говорить.

.. чем вы его напугали, кстати? Реально где-то служите, или подделка?

— Разумеется, служу, — усмехнулся Арчибальд, и перед носом Тима раскрылось нечто. Документ цветов российского триколора, заполненный невнятными значками. Через пару секунд сквозь разводы увиделся текст: «Министерство внутренних...», нет, другое. «Агентство по борьбе...»... опять не то!

— Снова гипноз?

— Снова технологии, молодой человек. Оптические фокусы.