Душа снаружи

И я понял: это конец. Другой я снова здесь. И он в ярости. На этот раз в его гневе сгорят все, включая меня самого.

− Что за…

Огромный грузовик резко затормозил, будто наткнувшись на невидимую преграду. Его кренило влево. Хватка державшего меня разжалась, и я воспользовался этим мгновением, даже долей мгновения, скорее не я, а все же другой Эсси, потому что только в нем так сильна воля к жизни.

Поспешно распахнутая дверца, прыжок, люди тоже могут приземляться на все четыре ноги, не только кошки… Пусть для них это куда более травматично.

Тут же вскочить, несмотря на разбитые колени, ноги, будто грозящие вывернуться в другую сторону, броситься вперед. Практически нереальный рывок − но другой Эсси способен и не на такое.

Я бежал, отчаянно хромая на обе ноги, медленно, не быстрее раненой черепахи, но все же бежал. Колени горели и пульсировали, точно отдельные организмы.

Я знал, что никто не будет меня преследовать. Даже если они уцелели после того, как фура завалилась набок. Так включался я только один раз в жизни.

Но знал: после такого уйти живым нереально. Ну вот, я снова убийца. Вновь накатывает волна слепой ярости. Почему, ну почему мир так щедро подсовывает мне ситуации, когда я выхожу из себя? Почему в первой же машине, что остановилась подобрать меня, сидели эти два отморозка? Почему их так много на моем пути? Я же просто хочу жить, как и все. И я ненавижу, ненавижу, когда со мной происходит такое!

Вскидываю руку. Сердце колотится как ненормальное, вся носоглотка залита кровью.

В фуру ударяют еще пять молний, одна за другой. Я не собирался этого делать − ведь уже слишком поздно. Но я абсолютно не отдавал себе отчета в своих действиях. И поплатился за это. Меня точно ударило током, тело скрутило от боли, виски были готовы взорваться. Помню, что рухнул, скрючившись на дорогу.

А очнулся уже там.

И там тоже была гроза. Еще более аномальная. Сизые тучи висели низко-низко, я практически ощущал их тяжесть. Молнии разрезали небо. А вдалеке возвышался небоскреб − верхние этажи его скрывались за тучами.

− О нет, − сорвалось у меня с губ. − Нет, нет!

Так далеко я еще не забирался. И не имел никакого понятия, как выбраться. Поэтому я просто развернулся спиной к зданию, ловящему молнии, и из последних сил заковылял прочь. Повсюду расстилалось травяное море, и где-то трава доходила до моей груди, отчего идти было вдвойне непросто. Разбитые колени саднили, болело все тело, но надо было бежать отсюда. Нельзя было здесь оставаться.