Вольтанутые Хроники

В суете да толчее никто и не заметил, как меховая одежка шевельнулась и начала медленно сползать вбок. Очутившись на земле, она задрожала всеми полами, будто отряхиваясь, и… превратилась в большого черного лохматого пса. Осторожно выглянув из закутка между прилавками, зверюга проворно юркнул на дорогу, мигом очутившись на другой стороне.

Оказавшись в переулке за ярмарочной площадью, пес потрусил прямо по колее. Догнав какие-то сани, медленно ехавшие с ярмарки, он улучил момент, когда лошадь сбавила ход перед выездом из переулка, и вскочил на них.

Место за колодцем было ненадежным: понятно, что не зря здесь так натоптано, небось, вся улица по воду ходит. Но спрятаться было больше негде, вокруг сплошные заборы да сугробы. Дорога прокатана узкая, тропинок нет. И по улице в таком виде не пойдешь – белый день еще, точно кто-то встретится.

Доха осторожно высунулась из-за колодца. К счастью, дорога была пуста. Надо пробовать, пока никто не появился!

Поднявшись немного вверх, доха выплыла на открытое пространство и остановилась. Ее полы мелко-мелко задрожали, рукава взмахнули как крылья… И ничего не произошло.

Сердито хлопнув рукавом, она обернулась вокруг себя и вновь начала дрожать, отклоняясь в разные стороны. Никакого толку!

Раздался протяжный скрип, калитка, расположенная как раз напротив колодца, отворилась.

Застигнутая врасплох доха испугано взмахнула полами, со всего размаху шмякнулась на землю и затихла.

– И чей же ты такой здоровый? – раздался женский голос. – Ты не кусаешься? Не кусайся, я тебя не трону!

Черный лохматый пес открыл глаза, немного приподнялся на лапах и удивленно покрутил головой. Получилось!

Женщина, набиравшая воду, снова посмотрела на него.

– Иди-иди! Ишь, среди дороги разлегся. В соседних домах дети живут, еще испугаешь кого.

Пес послушно поднялся и потрусил по дороге, виновато поджав хвост. Отойдя на несколько шагов, он осторожно оглянулся и припустил что было духу.

– Так ты говоришь, что тебя ограбил тулуп? – уже в который раз переспросил дежурный магполицейский.

– Да, ваше высокородие… – пробормотал проситель. – Как есть ограбил, все карманы вытряс.

– Но ты его не видел и опознать не сможешь?

– Нет, ваше высокородие… А это...