Темная энергия: тихий ужас городских кварталов

– Щепетильный! Не хочет он! А я что, не человек? Мне что, не надо? Да от тебя не убудет! И от твоей козы тоже не убудет, хотя ей все одно не впрок! Эй, ты куда? Раскудрить твою налево! Стой!

Анатоль юркнул во времянку, но закрыться изнутри не успел, хозяйка рывком распахнула дверь и ворвалась следом. В большую комнату он ее все же не пустил, встал на пороге непреодолимой преградой, и руки на косяки возложил.

Нинель сидела на разобранной постели, укрыв ноги одеялом. В комнате горело лишь бра в изголовье кровати, его мягкий желтоватый свет заливал пространство, оставляя много тени по углам, где видны были тюки с так и не разобранными вещами.

Нинель в задумчивости расчесывала широким гребнем свои густые волосы, мысли ее были далеко. Когда появилась незваная гостья, она очнулась, подняла глаза и спросила Анатоля:

– Что происходит?

– А то и происходит! – сходу ввязалась в разговор Вера. В комнату ее Анатоль не пускал, поэтому она говорила от входа, заглядывая поверх его плеча, подпрыгивая и взмахивая руками.

– Я что, по-твоему, не человек?

– Человек... А кто с этим спорит?

– Вот он, мужик твой, спорит!

– Да не спорю я!

– Я не понимаю...

– А я тебе объясню, все как есть скажу. Я человек, и я баба. И мне тоже мужик нужен. Своего, как видишь, у меня сейчас нет, загулял где-то, падла, так что придется твоему отдуваться за двоих. Ничего, он крепкий, выдержит. Много я не прошу, раз в неделю будет достаточно. Для начала.

– Да я не...

– Ой, что ты не, что ты не? Да вон, ты уже готов! Вон, смотри, какой сухостой! Молчал бы!

Пуховик, который Анатоль на себя накинул, он не застегивал ввиду предполагавшегося быстрого возвращения, поэтому, когда расставил руки, перекрывая хозяйке проход, полы одежки разошлись.

Покраснев, Анатоль поспешно запахнулся.

– Ничего такого нет! – заверил он пространство и всех, кто готов был к его словам прислушаться.

– Все есть, не волнуйся, – услышала, но не согласилась с ним Вера. – И не смущайся. Здоровая реакция здорового мужика.

Предположим, на меня. Что приятно. Короче, вот вам мое условие: раз в неделю обслужить, и не кое-как, а по полной программе. А если нет, то и нет. Ищите себе другое жилье.

– Как я устала, – сказала Нинель, когда хозяйка ушла. Она уронила голову на подушку и закрыла глаза. – Как устала...

– Послушай, клянусь, я ей повода не давал. Не знаю, что на нее нашло.

Он забрался под одеяло, попытался обнять жену, но она лежала холодная и безучастная, как сугроб.