Бар "Переправа"

"Рекомендую фирменную настоечку", — подумал он, и глянул на свою рюмку. Жидкость была мутной, темной и пить ее не хотелось.

— Уехал в командировку, — в голосе женщины слышны были слезы. — А там…

— Бывает же, — сказала Нина тихо. — А я вот мусор выносила…

— Послушай, Нина, — Олегу показалось, что земляной пол немного вздрогнул. — Давай не будем о грустном. Всех бед не оплачешь! Я вон, тоже в командировку поехал, и что…

— Всякое горе кончается, — сказал бармен женщине. — Всякому горю свой предел. Вы поплачьте, да и пейте настоечку!

Олег хотел даже оглянуться, как-то возмутительно было, как нахально бармен впаривает свою муть.

— Я по разным городам езжу, столько разного навидался, — сказал Олег негромко. — Порой и ужаснуться бы, да такова жизнь.

— Точно, — ответила Нина. — Вот так выйдешь мусор вынести, через дорогу перейдешь… и вот тебя уже пытаются в баре клеить.

Олег даже немного смутился. По его представлению, девушка должна была обо всем догадаться чуть позже.

"С другой стороны, может так и лучше, — подумал он. — Не надо прикидываться, не надо делать вид…"

— Он, конечно, взрослый человек, — продолжала женщина за стойкой. — Сам понимает, что ему надо.

Эти слова Олег будто бы уже слышал, но почему-то не мог вспомнить, от кого.

— Взрослому может быть просто тесно в кругу семьи, — бармен говорил негромко, сочувственно, но почему-то в его словах судилась насмешка. — Мужчине надо иногда…

— Да! — женщина почти выкрикнула это слово.

— Бывает же, — тихо сказала Нина рядом. — Вот ведь горе у тетки, а?

Олег почти рассердился. На женщину эту, смутно знакомую, и от того опасную, на ее неведомого сына, на Нину… К чему все эти разговоры про командировки, любовниц, дочерей… так ненароком можно обмолвиться, что и у самого дочь. И тогда Нина точно никуда не пойдет.

— Бывает, ага, — сказал Олег. — Но жизнь-то продолжается, верно? И тетка эта сейчас выпьет, да и забудет.

— Вам надо выпить и забыть все это, — эхом донеслись слова бармена. — Очень грустно, очень, но все же…

— А я и не знала, — сказала женщина. — А как узнала… что ж, зачем все это, а? Я и пошла сюда. Зачем мне все это, если так?

Ее слова стали тише и почти невнятны. Потом Олег услышал, как стукнул о стойку стакан, и сразу после этого прошуршали по соломе шаги. Скрипнула дверь — странная женщина вышла.