Сукины дети. Тот самый

За те пару часов, что мы знакомы, я его уже видел всякого: и наглого, и пьяного, и трусливого, и вообще без всякого соображения... А вот сейчас Гера врал. Неумело отводил взгляд, пыхтел, теребил пуговицу на пальто.

- Ты кровь видишь? - спросил я.

- Ну...

- Что "ну"?

- Ну вижу...

Дальше была чистая импровизация, которая, как я потом узнал, недалеко ушла от истины.

- Это значит, она кого-то нашла, понял? Не получилось достать тебя - полетела, напала на какого-то бедолагу, и загрызла... И теперь его смерть на твоей совести, Гера.

- Одним бомжом больше, одним меньше, - всё так же пряча глаза, угрюмо и упёрто пробубнил гость.

- Но ты ведь не можешь прятаться от неё вечно. Однажды ты выйдешь на улицу, и она...

- Вы обещали! - заверещал Гера. - Вы обещали защитить меня от неё!

- Обещал мой шеф, - спокойно сказал я.

Эх, жалко, не осталось сигарет! Как бы эффектно и хладнокровно можно было выдуть дым из ноздрей, затушить бычок - как точку в предложении, как окончательный приговор..

.

- Твой шеф сказал, что я могу больше ни о чём не беспокоиться, - упорно глядя в стол, бубнил Гера. - Сказал, что он займётся моим делом, и что я...

- Я могу выкинуть тебя из круга, - сказал я, начиная закипать. Обо всех навыках переговорщика я в этот момент как-то забыл, не думал. - Могу просто стереть соль в одном месте, впустить духа, а потом выйти и запереть круг вновь. И шеф будет ни при чём. Его ведь здесь нет, а я скажу, что ты сам...

В этот момент я ненавидел себя. Ненавидел всей душой, всеми жилками и клеточками.

И я был рад, что Гера прячет глаза: потому что мысленным взором видел совсем другие. Огромные от боли, чёрные от расширившихся зрачков, жгучие от ненависти. В них горел огонь фанатизма, негасимый пламень веры...

- Давай, колись, Гера, - сказал я, успокаиваясь. - Ты ведь отыгрался, верно? Воспользовавшись секретом той своей знакомой... - он упорно молчал. - Оговорка по Фрейду. Знаешь, что это такое? Это когда преступник сам, не осознавая, хочет, чтобы его поймали.

Он ошибается намеренно, сам даёт подсказки. Ключи к преступлению, котороя он совершил.

- Я не преступник! - завизжал гость. - Это был несчастный случай, я не хотел, - он прижал кулаки к глазам и снова зарыдал. Сквозь сопли и слёзы доносилось бормотание: - Я не хотел, так получилось... Она сама...

- Может, ты и не хотел, - сказал я. - Но видишь ли, дух думает иначе. Он не стал бы являться тебе, если б не верил, что виноват именно ты.