Сукины дети. Тот самый

То было древнее и благородное строение. С массивными, поеденными древоточцем тумбами. Слышал, антиквары так вообще за мебель не считают ту, в которой нет фамильного древоточца...

Ящики его наверняка закрывались на немецкие замки, а на обтянутой когда-то зелёным, а теперь уже серым от старости, вытертым плюшем столешнице, можно было играть в бильярд.

Какие тайны скрываются в этом столе? - меланхолично думал я. - Наверняка за ним Александр Христофорович и сидел. Перебирал бумаги, откладывая одни, и ставя на другие страшную, как приговор, печать.

И вот за тем же столом, в том же кабинете, сидит мой друг майор Котов. Когда, в какой момент, я начал относиться к майору, как к близкому другу - не помню. И учитывая, что такого калибра друзей у меня исчезающе мало - даже удивительно, что не помню.

- Генерал Пустобрёхов, приняв должность начальника Управления, пообещал искоренить упырей и колдунов на корню, а начать решил почему-то с моего отдела... - не совсем логично, - или я что-то пропустил - закончил Котов.

- А присутствие в твоём отделе аза, грешного, - со всеми анонимками, поклёпами и жалобами, лишь облегчает бравому генералу удовольствие, - кивнул Алекс.

- Да ерунда, - отмахнулся майор. - Прорвёмся.

Он противоречил сам себе, но я почему-то верил.

- И вправду ерунда, - легко согласился шеф. - Только не вовремя.

- А что, угодить в чистку можно "во время"? - с интересом переспросил Котов.

- Можно предположить, что мешает нам всё тот же.

- Лавей, собака, - закончил майор. - Это и слепой козе ясно. Но ведь не легче же! Пустобрёхов копытом бьёт. Вчера только собрание созывал: - "Ударим православным самосознанием по мракобесию и чернокнижью" - его собственные слова... А тут - анонимка на тебя. И какая. Видели, как ты на Еврейском кладбище могилы рыл, и мертвецы после этого по проспекту табуном неслись...

- Не "после", - задумчиво поправил Алекс. - А "до". В смысле, сначала они бежали, а потому уж я могилы рыл.

- Так это правда? - оживился майор.

- Кадет, подтверди.

Я кивнул.

- Ну вы, блин, даёте, - майор вновь налил воды и выпил, дёргая кадыком, весь стакан.

- Зато у тебя, на этот раз, имеется не эфемерная анонимка, а полноценный донос, - утешил Алекс.

- Хрен редьки не слаще, - понурился майор. - Если это всё правда... - он выдохнул, как перед прыжком в омут. - Я вынужден принять меры.

- Ну и принимай, - милостиво разрешил шеф. - Это ведь твоя работа.