Вопреки судьбе

Он прерывисто вздохнул и в ужасе схватил Кроули за плечи уже обеими руками. Встряхнул, цепенея от мысли причинить боль недолеченным крыльям.

- Кроули! Кроули, хватит, отпусти, мы в безопасности! Кроули, ты слышишь меня?!

Демон слабо застонал. Змеиные глаза так и смотрели куда-то мимо Азирафаэля, в обморочное туманное «нигде», и ангел почувствовал, как его начинает затапливать уже не паника – слепой, лишающий воли ужас. Кроули держал дополнительную реальность. Всё ещё держал. И каждый миг, пока он продолжал делать то, на что вообще не должен был быть способен, отнимал у него уже не силы – саму жизнь.

- Хватит, Кроули! Остановись!

Демон наконец сумел справиться со своим зрением. На миг Азирафаэль задохнулся, встретившись с ним глазами. Передёрнулся, прочитав в плывущем взгляде какую-то дикую, нездоровую решимость.

- Дер… жиссссь, ангел.

- Что?..

- Поссследняя… п… попытка.

Губы Кроули искривила неровная, болезненная улыбка – не улыбка даже, оскал умирающего от болевого шока существа.

Азирафаэль непонимающе заморгал. Ох, нет, нет, Кроули ведь не мог… Он не станет делать глупостей, он ведь понимает, что всё равно не сможет прорваться наверх… Он ведь понимает, правда?..

Кроули слабо шевельнул плечами. Чуть повернул голову, убирая свой пылающий лоб от его лица – лишь затем, чтобы, почти повиснув у него на руках, без сил прижаться виском к его плечу. Если ноги у Кроули ещё и действовали, то сил стоять на них у него точно уже не было. Азирафаэль бессильно обнял дрожащего демона, отчаянно пытаясь передать ему хоть немного – пусть не сил, что он может сделать с этим проклятым ошейником? Но хотя бы – собственного тепла, собственной заботы… любви.

Ангелы состоят из любви... ведь так? Ему всегда хватало её на всех, с кем сводила судьба... Кроме Кроули. Зачем она демону? Он не хотел навязывать Кроули то, от чего тот сам когда-то отказался. Не хотел…

Не хотел повредить.

Слепой эгоист.

Азирафаэль бессильно всхлипнул и, задыхаясь от боли и неожиданно острой ненависти к себе, порывисто прижался подбородком к рыжей макушке.

Нет, Кроули не понимал, что задуманное ему не под силу, вдруг отчётливо осознал он. Не верил в то, что не сможет прорваться. Или – не позволял себе поверить в это.

- О, дорогой мой, прошу тебя… Не надо… Это тебя убьёт…

Кроули судорожно засмеялся ему в шею сдавленным, плачущим смехом. Ничего не ответил. А Азирафаэль вдруг отчётливо вспомнил, что в его правой руке был меч.