Вопреки судьбе

Кроули был редким (если не сказать, позорным) исключением из абсолютного большинства инфернальных существ, и если с неприятными ощущениями собственного физического тела он, волей-неволей, научился за шесть тысячелетий справляться, то вид чужих мучений вызывал у него дискомфорт сродни дурноте, который приходилось скрывать любыми доступными способами.

- Ладно… - слегка дрогнувшим голосом проговорил он. – Тогда сейчас план такой. Ждём, пока за нами придут. И…

Он замолчал, хмурясь.

- И, в общем, по ситуации.

Если я всё рассчитал правильно, они будут очень недовольны… и, наверное, не слишком внимательны. Гасим их, как получится, и поднимаемся на третий Круг, к порталу.

Азирафаэль осторожно сел, с опаской поводя плечами. Облегчённо улыбнулся, радуясь почти полному отсутствию боли, а ещё больше – тому, что давящая на сознание мощь Скверны заметно притихла, не в силах бороться с благодатью святой воды. Нахмурился, обдумывая слова Кроули. План был рискованным, очень, очень рискованным – даже их идея воспитать антихриста по сравнению с ним казалась верхом продуманности и логичности.

- Кроули, дорогой, - осторожно начал он. – Я понимаю, ты лучше знаешь Преисподнюю… Но ты уверен, что мы сможем добраться так высоко? Мне казалось, что меня утащили, самое меньшее, на шестой Круг…

- Седьмой, - Кроули, покривившись лицом, медленно поднялся на ноги (ангел при этом испытал острый укол тревоги – слишком уж бледным и измученным выглядел всегда такой импульсивный демон) и, подойдя к двери, принялся осматривать явно нарочно оставленные грубые сколы.

- Богохульники, - удручённо пробормотал ангел. – Я мог догадаться. Погоди, Кроули! Это что, и есть Горючие Пески?! [1]

- О-о-о да, - криво ухмыльнулся тот, - Они самые, во всей красе! Тебе что-то не нравится, ангел?

- Нет, нет! – поспешно возразил Азирафаэль. – Но я представлял это как-то… иначе.

Кроули хмыкнул.

Он, не оборачиваясь на собеседника, внимательно простукивал дверь, хмурясь и недовольно прислушиваясь к чему-то.

- Ад индивидуален, ангел! – с невесёлой иронией сообщил он. – То, что для одного кромешный ужас, для другого – норма жизни. Некоторые народы всю жизнь проводят в местах похуже Дита, вот с ними приходится попотеть, чтобы подобрать им приличную версию кары. Ничего, ты ещё Лес Самоубийц не видел!

Азирафаэль тяжело вздохнул.