Вопреки судьбе

- Приве-е-е-ет! – осклабился тот, видя, что бывший соратник наконец сложил два и два. – Как вам понравился мой квест с бомбами? Весело, правда?

- Ты-ы-ы! – с ненавистью взвыл Хастур, делая шаг вперёд. Но тут же, осознав происходящее, шарахнулся назад, подальше от смертельно опасной фляги. Глаза его опустились вниз, скользнули по разлитой у порога лужице. Лицо вытянулось ещё сильнее.

- Ты псих, Кроули… - сдавленно прохрипел тот, не в силах отвести взгляда от такой обманчиво безопасной лужицы. – Просто больной ублюдок…

- Да, да, и ты обязательно убьёшь меня, и всё такое, - равнодушно отмахнулся Кроули.

Подойдя к Азирафаэлю, он стал прямо за его плечом. Развязно сунул руки в карманы. – В этом твоя проблема, Хастур. Ты никогда не думаешь дальше, чем на шаг вперёд. Если я сумел протащить с собой в ад парочку пузырьков святой воды, то почему бы не предположить, что я могу оставить себе ещё немного, для страховки? И что дальше? Ты, кажется, собирался что-то сказать? Я тебя очень внимательно слушаю.

Лицо герцога Ада перекосилось от ненависти.

Азирафаль, стиснув зубы, крепче сжал пальцы на фляжке, беспомощно оглядываясь на кажущегося абсолютно безмятежным и уверенным Кроули. Он не спешил озвучивать свои мысли (и в самом деле, для этого был не самый подходящий момент), но, если бы его спросили, он мог бы сказать, что ситуация становится патовой.

- Ты и сам не сможешь выйти отсюда… - прохрипел Хастур, наконец додумываясь до какого-то вывода. Ангел испуганно покосился на друга, но тот только закатил глаза, с брезгливостью кривя губы.

- Во имя Сатаны, Хастур, зачем бы мне это было нужно? Тебе не приходит в голову, что если я по доброй воле явился в Ад, то вполне настроен на разговор? Проблема в том, что я не желаю разговаривать с тобой. Я остановил Армагеддон, я придумывал такое, до чего твои куцые умишки не могут дойти даже постскриптум. Я не собираюсь вести переговоры с кем-то ниже князя Преисподней!

Хастур молчал, что-то напряжённо обдумывая. Потом по его гниющим губам вдруг скользнула недобрая, торжествующая ухмылка.

- Значит, святой воды ты всё-таки боишься, змеёныш… Пернатые были правы.

Улыбка Кроули резко увяла.

- Ох, а вот это нехорошо… - расстроенно пробормотал Азирафаэль, чуть поворачивая к другу голову. Мысль о том, что они так бездарно забыли о самой главной своей карте, которую можно было бы чудесно разыграть в этой партии, пришла обоим в голову одновременно. Но, увы, непоправимо поздно.

И всё-таки, Кроули попытался исправить ситуацию.