Затишье перед бурей

И что будет тогда с Азирафаэлем и Кроули…

Ничего хорошего – это однозначно. Он сильно сомневался, что сумеет найти ещё одного безумца, готового заступиться перед самими Небесами за демона.

Кроули, тем временем, вынул руки из карманов, раздражённо щёлкнул ногтем по подоконнику и, скривившись, хмуро уставился на пастора поверх очков. Страх и отчаяние, видел Уильям, постепенно вытеснялось злостью. И старый священник даже не знал, радоваться ли этому факту или хвататься за голову.

- И шшшто там было? – хмуро, с горьким сарказмом, бросил он.

Скривился в ответ на непонимающий взгляд Уильяма. – В предсссказании с близящщщимся сроком.

«Замкни уста, ибо многие знания – многие скорби», - словно наяву, вдруг прозвучало в голове Уильяма. На миг ему показалось, что он почти слышит этот голос, с обладательницей которого они разминулись лет так на триста. И поспешно прикусил язык, в последний миг удержав при себе слова, которые даже против своей воли запомнил наизусть.

- Каждому своё, Кроули, - как мог мягко откликнулся он.

– Ты увидел одну часть будущего, я – другую… Не думаю, что сейчас самое время делиться нашими зыбкими знаниями о грядущих днях. Прости меня за неуместный вопрос, и позволь мне оставить при себе то, что я прочитал.

Кроули смотрел на него тяжёлым, очень мрачным взглядом. И под ним пастору было совсем не по себе.

А потом он вдруг содрогнулся, согнулся, прижав руки к животу, и…

Принялся хохотать. Глухо, лающе, таким неестественным кашляющим смехом, что Уильяму стоило огромного труда не броситься на помощь, вообразив себе невесть что.

- Да вы сссерьёзно? – наконец простонал демон, закатывая глаза. – Делитьссся? Да пожалуйсссста! Я ссслышать не хочу больше ни об этой Агнесссе, ни об этом хреновом Неизъяснимом плане! Оссставляйте при сссебе сколько влезет, хоть залейтесссь! Какое вообще дело до всссех этих божесссственных откровений может быть мне? Учитывая, как ненавидит меня Бог, мне так и так крышшшка. Так какая мне разница, от чего я сссдохну и как сссскоро?

На истерику это было похоже куда больше, чем на настоящее веселье.

- Я не сказал, что ты… умрёшь, Кроули, - грубое слово «сдохнешь» всё-таки показалось Уильяму слишком несправедливым, чтобы он смог заставить себя хотя бы в мыслях произнести его применительно к этому удивительному демону.

Тот расхохотался ещё надрывнее.

- Она сссказала! Эта ссстарая ссстерва, она написссала это, так что можете не трудитьсссся меня утешшшать! Я сссдохну, Азирафаэля простят, всссе будут сссчастливы.