Последний круг Ада

Кроули с истеричным смешком признался себе, что такой боли, чтобы помочь хоть на миг забыть об их разговоре полностью, просто не найдётся на всех девяти кругах Ада.

Разве что – пойти, хлебнуть, как предрекала Агнесса, водички из ведра в прихожей…

Он сдавленно рассмеялся – и задохнулся сухим беззвучным рыданием. Лучше бы сделал это до того, как вывалил всё это дерьмо на Азирафаэля, идиот…

Память о том, как погас взгляд Азирафаэля, как на его лице отразилось опустошённое, полное горечи и беспомощного недоверия выражение, казалось, заживо выжигала что-то внутри.

Кроули сглотнул. И, почти не осознавая, что делает, ещё глубже вогнал ногти в виски, каким-то глубинным, нерассудочным чувством надеясь, что боль тела хоть немного усмирит то, что корчилось и выло сейчас где-то внутри, в клетке судорожно сокращающихся ребёр.

Азирафаэль не простит. И будет прав.

И предсказание Агнессы уже не вызывало даже страха.

Он не помнил, сколько просидел так, уткнувшись лицом в колени и не думая ни о чём.

Из оцепенения его вывел громкий, неуместный в тишине церкви грохот.

Кроули резко выпрямился. И замер, напрягая слух. Показалось? Или где-то и впрямь что-то упало?

Внутри, впервые за всё время, что прошло с момента ухода Азирафаэля, шевельнулось что-то помимо раздирающей внутренности боли. Тревога. И жутковатое, холодное понимание: Азирафаэль всё ещё не вернулся.

Один.

Что, если…

Кроули содрогнулся, прогоняя прочь пугающие мысли, и резко встал. Тело, над функционированием которого он когда-то так старательно бился, заставляя его быть живым, а не просто материальным, вдруг начало потряхивать мелкой ознобной дрожью. Он с силой сжал зубы, стараясь подавить это противное сокращение мышц…

…И его заколотило уже всерьёз. Словно он вдруг окунулся в вымораживающий холодом воздух Девятого круга.

Он отпустил Азирафаэля одного. Позволил ему уйти куда-то, сейчас, когда их только ленивый не хочет уничтожить. После того, как этот чёртов Гавриил прицепился к Азирафаэлю, стоило ему отойти на десяток шагов от их убежища…

Кроули в панике заметался, не зная, куда бежать и с бессилием оглядывая пустую, как будто безопасную комнату. Бессильно закрутился, напрягая все свои чувства и пытаясь уловить малейшие ощущения в болезненном, саднящем жаром фоне Благодати.