Навьи сказки ч1.

Минут пять ничего не происходило. Ната уже начала засыпать, и тут... будто тысячи маленьких пальчиков мелкой дробью забарабанили, защекотали по шее, по груди, под мышками. Она хотела выскочить из кровати. Но вместо этого согнулась, подтянув ноги к животу, и смеялась... смеялась.Слышали все соседи ее веселый смех. Думали: «Опять к себе мужика притащила». Затем в квартире наступила тишина.

Когда на следующую ночь в квартиру ввалилась развеселая компания во главе с пьяным мужем, Ната все так же лежала согнувшись.

Вначале на неё особого внимания не обратили. Затем, окончательно раздобрев от водки, решили пригласить к столу. Не смогли растормошить. Вызывали скорую. Скорая констатировала смерть. Последующая экспертиза показала: от сердечного приступа.

***

На визите Юрия моя неделя странностей не закончилась. Ко мне еще один приятель Алекса заявился (и не надоест же ему друзей ко мне подсылать). Не знаю, как зовут этого холеного «вьюноша», но помню, что Алекс называл его любовно: «Крыс». Прямо ко мне на работу притащился.

Я и так рядом с подобными персонажами чувствую себя козой задрипанной, так он решил еще усугубить ситуацию. Ведь после того как попрыгаешь клоуном перед своими «студентами», отнюдь не розами пахнуть будешь. А не попрыгаешь, результатов не будет. «Студенты» попросту тебя не поймут. Нет, ну конечно, он должен был увидеть меня именно в таком образе. Как сейчас говорят, «луке» (чесноке, блин). И осмотрел же с ног до головы.

— Ты по тому же вопросу?

— Э… понимаешь, милая, я бы не стал тебя тревожить, если бы не крайняя, как бы сказать, нужда.

— Вы, молодой человек, да в нужде? Не поверю.

— Спасибо. Я… но и не столько я, сколько Алекс, и другой народ из нашей дружной компании нуждается в некотором разъяснении ситуации.

— В смысле?

— Ну, ты же, милочка, виновата во всем.

— В чем?

(Мне начинать бояться прямо сейчас? Будет угрожать физической расправой? Учитывая то, что находится он на моей территории, думаю, не рискнет.)

— Сама знаешь, в чем.

В «сглазах» этих всяких. Что нормальным людям стал бред всякий мерещиться.

— Ты что, совсем… одичал?

— Все к тому идет. В странненьких, по твоей милости, превращаемся. Как ты это делаешь, ума не приложу!

(Странненькими? Когда про странненьких говоришь, как-то подозрительно испуганно ты выглядишь, несмотря на свои бравады. Что же так странненьких боишься, морда бомондная, хипстерская? Хочешь действительно странненьких увидеть? «Их есть у меня…»).