Навьи сказки ч1.

***

Умение оградить себя от лишнего шума, лишних эмоций, лишних людей, пожалуй, самое ценное качество. Лучшие варианты решения проблемы приходят тогда, когда проблему отправляешь погулять на длинном поводке за угол дома.

Придя домой, зашторила окна, чтобы жара не допекала меня. Цветочный чай без сахара. Можно даже немного лайма. Лед. Терпкий вкус.

Под лампой танцуют стайки залетевших через форточку мух. Музыка группы «The Sorcerers», включенная на телефоне, для такого вечера подойдет. У тонких ценителей музыки есть раритетные проигрыватели и виниловые пластинки.

У меня есть лаймово-зеленый отблеск солнца сквозь шторы и гипномухи, вращающиеся вокруг лампы не хуже, чем гипновинил.

Еще нужно взять какую-то книжку в руки. Желательно иллюстрированный каталог по истории моды. Глянцевые страницы в шторных солнечных отблесках приобретают цвет старой, позеленевшей меди.

Так я просидела до позднего вечера. Солнечный лайм моей комнаты потемнел. Не открывая окон, включаю бра. Когда, переварачивая страницы, приминаешь листы, кавалеры и дамы в старинных костюмах уходят в бумажную тень.

Бумага пахнет свежей типографской краской, несмотря на то что альбому лет сорок.

Слышу удары капель в окно. Странно, ведь дождь и не намечался. Удары сыпятся гроздьями. Затем тишина. Затем опять гроздь ударов. Я не выдерживаю и отодвигаю шторы. Ничего. Сумерки. Смех. Где-то во дворе звонко смеётся женщина. Интонации у смеха странные. Нечеловеческие какие-то. И на механический смех игрушки тоже мало похоже. Стеклянный, перекатывающийся смешок на высоких нотах.

Почти стемнело, и очертания предметов во дворе уже размыты. Но её фигурку я вижу. Фигурку абсолютно обнаженной женщины посреди типичного таировского двора с девятиэтажками. Чётко видна посреди сумеречных теней. Аж удивительно. Идеальные классические формы. Полные бедра, тонкая талия. Высокая округлая грудь. А вот лицо увидеть никак не получается. Похоже на помехи на экране. Или когда свет в глаза слепит. Только без отблесков.

Слышу стеклянное:

— Ди-на! Ди-на!

Меня по имени зовет.

Рукой вот поманила. Точно, меня. В мою сторону лицо повернуто. Я прячусь за занавеску.

Женщина опять отвечает на мои действия коротким звонким смешком (беззаботным таким и пустым), разворачивается и исчезает за дворовыми деревьями.

9.

Пусть ошарашенные друзья ищут выход, а Дианка мучается осознанием собственной вины и воображает себя ведьмой — сам Алекс постепенно к создавшейся ситуации привык. Приступы страха прошли.