Проект "Чудь". Доверие

* * *

— Так как говорите, прошло вчера ваше первое занятие?

Макар чувствует, как напрягается рядом брат. Ему не нужна странная связь или зрение, чтобы знать, что вот сейчас он наверняка застыл с поднесенной к губам ложкой. Всего на мгновение, родители вряд ли успели заметить заминку, полностью сосредоточив своё внимание на нём.

Отчёт на младшем брате, еда в отсутствие родителей на нём же, контроль домашнего задания тоже...

Иногда Макару кажется, что в его лице они породили на свет не второго сына, а какую-то няньку.

Вот даже сейчас позавтракать не дают спокойно. Правда и есть-то особо не хочется. Больше спать.

— Никак. Там скорее экскурсия была, а не занятие.

Стук ложкой по тарелке возобновляется. Костик вернулся к завтраку. В отличие от родителей. Вернее от матери, отец преспокойно допивает чай, уже расправившись со своей порцией.

— Недалеко от города. Бывшая военная часть. Похожа чем-то на спортивный лагерь. Кормят нормально.

А что ещё скажешь?

Макар пожимает плечами и возвращается к завтраку, сделав вид, что вопрос закрыт.

Тем более что хочется доесть наконец-то и свалить в комнату, подальше от родительских глаз и поближе к подушке.

Только последнее оказывается недостижимой целью.

* * *

— Ты всё-таки злишься! — с порога заявляет Костя, стоит только Макару вытянуться на кровати.

— На что?

В окно ярко светит солнце, обещая погожий и вероятно тёплый денек. Выманивая выбраться без курток. Осень в этом году что-то штормит, кидая от тепла к дождю и ветру.

— На ночь.

Костя присаживается у кровати на корточки, тем самым вынудив повернуть и чуть запрокинуть голову, чтобы видеть брата. А потом и вовсе сесть.

— За то, что я, — Костя понижает голос до шёпота, спешно косясь на дверь: — Улетел.

Макар рассматривает всё ещё взъерошенного после сна брата: торчащие во все стороны волосы, мятая пижама и, как последний штрих, перо в волосах. Видимо осталось после смены ипостаси ночью.

— И? Хочешь сказать, что больше не будешь?

Окажись на его месте кто другой и всё это выглядело бы забавным: старший винится перед младшим, смотрит своими щенячьими, хотя скорее уж совиными, глазами, чуть опустив голову.

Будь собакой наверняка бы и уши прижал к голове. Правда от мысли, что брат мог не вернуться, что, ему, Макару, пришлось бы утром объясняться, куда тот делся и где находится... Что если бы с ним что случилось... внутри, словно клубок змей образовывается: холодных, склизких и ползучих.

Макар не удерживается.