Проект "Чудь". Доверие

Поблескивает на него глазами.

— Тебе жалко? Я таблетку пил, но там всё равно холодно.

— Здесь на краю удобней, да? — удивляясь чужой логике, уточняет Макар и уже прикидывает, как пнуть брата так, чтобы он сразу свалился и при этом не зацепился за металлические крепления, что держат верхний ярус, но теряется от жалобно-смущенного:

— Я упал, когда пытался туда забраться.

— Да иди ты! — шипит Макар. Моргает растерянно, прежде чем утонить: — Ты это серьёзно?

— Сам иди.

Макар обречённо падает обратно на подушку, на мгновение прикрывая глаза ладонью.

— Растяпа, — констатирует он и больше не прогоняет. Самому, правда, лезть наверх тоже не хочется. Это его кровать в конце-то концов.

Макар возится, немного нарочно пихая не сопротивляющегося брата локтями, переворачиваясь к стене.

— Спи и мне не мешай, — бросает он, прежде чем подтянуть поближе подушку и уткнуться носом почти в самую стену. Это раньше такой фокус с двоими на одной кровати проходил нормально, когда они были мелкими карапузами.

Ещё до того, как купили эту кровать. А теперь они слишком выросли, чтобы спокойно помещаться на односпалке.

Макар прикрывает глаза и ещё какое-то время чувствует, как возится, устраиваясь на краю Костя, а потом проваливается в сон, в котором он снова расправляет большие и сильные крылья. Но на этот раз там нет ни ледяной пустыни, ни душного, пахнущего гнилью лесного болота. Только бескрайняя равнина с высокой травой и чистое ночное небо.

Глава 10

...— Не знаю когда буду.

Квартира в полном твоём распоряжении, но лучше не броди и просто больше спи.

Лука заторможено кивает стоя на пороге собственной комнаты и наблюдая за тем, как отчим спешно заканчивает шнуроваться. Разлепляет губы лишь тогда, когда он накидывает на плечи куртку и разворачивается к двери.

— Что у них там случилось? — выходит хрипло. За прошедшие сутки температура хоть и стала меньше, зато горло начало неприятно царапать и першить.

— Да чёрт его... Снова ни одна машина не заводится.

Ещё немного и поверю, что прокляли...

Лука помнит невесёлый смешок, сорвавшийся с губ отчима, прежде чем тот запер дверь и ушёл.

— А что там действительно происходит? — вопрос в пустоту.

Лука косится со своего места на растёкшегося белой кляксой по тёмному покрывалу Тихона скорее просто так, чем реально ожидая ответа. Тот с самого пробуждения не сказал ни слова, словно всё случившееся ранее было всего лишь плодом воспалённого температурой сознания.