Ведьминский патруль

— Коля, нет!!! Нет, пожалуйста! — Я кричу в истерике, но меня не слышно. Слезы ручьем катятся по лицу, а я уже точно знаю — никогда его больше не увижу… И ничего уже не смогу исправить.

Все вокруг продолжает рушиться. Здание с диким скрежетом начинает клониться в мою сторону, угрожая раздавить кусками перекрытий. А я стою, не в силах пошевелиться. В отчаянии протягивая руки к тому, кого я не могу вернуть. И даже не вздрагиваю, когда меня сшибает на землю большая черная тень… А я все продолжаю кричать…

— Рада!!! Рада!!!

Знакомый голос слышен глухо, словно через вату.

А еще меня ощутимо трясет…или трясут?

— Рада, да очнись же ты!

Я с трудом открываю глаза, пытаясь прийти в себя. Получается медленно. С полминуты я непонимающим взглядом таращусь на Антона, морщась от непонятного громкого звука. Но Антон уже молчит, тревожно вглядываясь в мое лицо. А я внезапно понимаю, что полуголый парень сейчас находится в моей спальне, на моей постели, и сжимает мои плечи. За которые, собственно, и тряс. А громкий звук — это утробное рычание Тима, который возмущен бесцеремонным вторжением парня в нашу комнату.

— Что случилось? — Я попыталась высвободиться из крепкой хватки и отодвинуться. Получилось не сразу. Спохватившись, подтянула одеяло на себя — все-таки хорошо, что сплю не голышом, но майка была тоже довольно откровенной.

— Тебе, видимо, приснился кошмар. Ты очень громко кричала, я испугался, — с некоторой заминкой ответил мой напарник. В его взгляде мелькнуло какое-то непонятное выражение, но выяснять, что оно означает, мне в данный момент совершенно не хотелось.

Я зарылась пальцами и лицом в густую шерсть Тима, успокаивая его и окончательно успокаиваясь сама.

Этот кошмар снился мне уже больше десяти лет с различной периодичностью. Последний раз — около полугода назад. И меньше всего мне хотелось, чтобы кто-то стал этому свидетелем. В любом случае, комментировать произошедшее я не собиралась.

Неловкое молчание затянулось.

— Спасибо за беспокойство. — Выдавила с трудом. В сторону парня по-прежнему не смотрела, упорно разглядывая свои колени под одеялом.

Хуже всего было увидеть в его глазах жалость — в ней я точно не нуждаюсь. На одеяло что-то капнуло — лицо было еще мокрым. Остатки слез я вытерла ладонями.

Черт! Как же это не вовремя!

— Не за что. — Антон встал с кровати, потянувшись. — Обращайся, если что. Пойду тогда в ванную, что ли, до будильника все равно минут десять от силы осталось.

Я проводила его фигуру рассеянным взглядом.