Ведьминский патруль

Поэтому три вызова одновременно, без уточнения конкретной причины, выглядел как минимум подозрительно. А в свете нынешних событий просто пугающе. Даже допустить мысль, что в районах появились подселенцы, было страшно.

— А уточнить причину вызова нельзя? — я все-таки задала этот очевиднейший вопрос, неосознанно ерзая на стуле.

— Нет, нельзя, к сожалению. — Сергей Палыч вздохнул и продолжил: — Запросы пришли факсом, и с тех пор я не могу связаться с районами. Ни по стационарным, ни по сотовым телефонам, ни по электронной почте.

Никак.

Все чудесатее и чудесатее. Антон положил свою ладонь на мою и успокаивающе сжал пальцы, одновременно поглаживая. Я еле заметно улыбнулась ему, бросив быстрый взгляд. А начальник тем временем продолжил:

— Завтра с утра вы отправляетесь в Белозерье и отрабатываете вызов. В остальные районы тоже отправятся бригады. К сожалению, проигнорировать вызовы я не могу.

— А вам не кажется, что кто-то хочет выманить патрули и ослабить город? — я произнесла это раньше, чем удержала язык за зубами.

Считать себя умнее начальства обычно чревато. Но Сергей Палыч только в очередной раз вздохнул.

— Кажется, Рада. Но выхода все равно не вижу. Информации нет, поэтому исключить возможность того, что там пострадали люди, я не могу. С собой берете все доступные средства связи — рации и артефакты получите на складе. Оружие с собой в полном объеме, на всякий случай!

— Поедем на моей машине. — подал голос Антон. — Так у нас будет больше возможностей для маневра.

Да и доберемся быстрее и комфортнее.

— Договорились. — кивнул Палыч. — Деньги получишь в кассе.

Он быстро черкнул пару строк на бланке и отдал Антону, отпуская нас. Мы уже были около дверей, когда в спины прозвучало:

— Будьте осторожнее, ребята. И постарайтесь вернуться побыстрее.

— Постараемся. — ответил Антон за нас двоих.

В коридоре мы разделились — Антон пошел в кассу и на склад, а я в свой кабинет за зельями. Договорились, что он займется амуницией и тяжелыми вещами, а я продовольственным обеспечением.

Обговорив, что он заедет за мной в шесть утра, я отправилась в каморку, а затем домой — собирать вещи. В голове вертелся миллион разных мыслей и вопросов, в основном не слишком радужных.

Я раз пять вытряхивала сумку и собирала ее заново, раз десять прикрикнула на Тима, путавшегося под ногами, и выпила бессчетное количество чая. Устав от самой себя, я позвонила Насте и проболтала с ней около часа.