Человек, который знал Курамори

На опушке я заглушил двигатель, и мы очутились среди свистящего ветра и секущего дождя.

– Дальше мне ехать нельзя, – наконец, нарушил я молчание. – Дальше вы сами. Только сами.

– Да. Я пойду. Спасибо, доктор. Прощайте.

И она торопливым шагом скрылась в темноте, только раз оглянувшись – но не на меня, а на Старый Дом, где смутно маячил одинокий огонёк. Возможно, там заметили её исчезновение.

Даже на пороге новой неизвестной жизни она тянулась сердцем к тем, кто был ей дорог… Но душа звала вперёд.

Должно быть, прошёл час или около того.

От дождя даже плащ не спасал, я начал промокать, не замечая этого.

Потом за лесом, у самой Стены, появился восходящий в небо серебряно-белый луч, потом ещё один и ещё, словно шевелящийся узкий веер. Без звука, в льющемся вверх свете уходила Курамори.

Помню, я прошептал:

– Счастливого пути. Вспоминай нас там, куда придёшь.

В Старом Доме не знают, как она ушла. Знаем только я и Саги, а теперь и вы. Другим знать незачем.

Ничего себе прогулка вышла? Пока я говорил, мы обошли полгорода.

Ну, пора ко сну! К дому Кейши вам удобнее пройти вот здесь, напрямик.

Спокойной ночи, Кабэ!

* * *

– Здесь вы видите один из самых интересных экспонатов нашего музея – хитон Артёма-Ходока, – как по писаному, в несчётный раз отбарабанил экскурсовод. – Это не подлинник, а имитация, изготовленная в народной мастерской ручного ткачества.

Ему нравилась эта группа экскурсантов. Юные воспитанники пансионата Святителя Луки выгодно отличались от многих из нынешней молодёжи – мобильники отключили, жвачку не жевали, девчонок-однокашниц не щипали и не повторяли без конца словечко-паразит «Прикольно».

Глаза умные, лица внимательные, явно заинтересованы. Словно в России наконец-то народилось поколение без порчи, которое когда-нибудь заменит злой и усталый люд смутных времён.

– С этой рубахой связана странная история, уходящая вглубь прошлых веков. Когда при Петре I староверы уходили от преследований к нам в Сибирь, здесь появились сёла и целые волости, заселённые раскольниками.

Именно в наших краях родился мальчик Артём, которого местные старообрядцы считали едва не святым. По преданиям, он рос умным и молчаливым, очень способным к учению. Предпочитал уединение, поэтому стал подпаском. Однажды, отправившись искать пропавшую корову, он пропал без вести в лесу. Решили, что его задавил медведь. Но год спустя Артём вернулся – подросший, одетый в странную длинную рубаху и не помнивший, где провёл всё время своего отсутствия.