Человек, который знал Курамори

А из города в Старый Дом каждый день не наездишься.

– Кто же это была? – Кабэ выстроил в уме известных ему Серокрылых девушек. Ни одна не казалась настолько чахлой, чтобы слечь всерьёз.

– Вы её не застали. Она лет шесть как в свой Полёт отправилась. Курамори. Наверное, самая странная из всех, кого я видел… Пришла при мне и ушла при мне.

– Слышал это имя. Ракка из Старого Дома показывала портрет, нарисованный Рэки. Судя по нему, она была почти взрослая. Не сказать – красавица, но милая, очень спокойная и выдержанная.

В очках.

– Да, их пришлось заказать оптику. Близорукость средней степени. Без очков Курамори даже вблизи плохо видела.

– Мне казалось – Серокрылые рождаются без памяти и без болезней. Хотя, вообще-то, Хикари в очках постоянно…

– Та светленькая, булочница?.. Здорова как свежая булка, – пошутил Тамаши. – Никогда за помощью не обращалась. Она и Курамори – больше ни у кого проблем со зрением. Но с Курамори всё было куда сложнее. Та явилась сюда с очень слабым здоровьем, часто болела, и однажды была при смерти.

– Даже так?.. Чудно… Вот никогда бы не подумал… Я понимаю – ребятня, они нет-нет да засопливятся, а то и лихорадят, но чем старше, тем крепче становятся. А чтобы при смерти… нет, быть не может. О Серокрылых я мало знаю, но не затем они сюда приходят, чтобы кладбище пополнить.

– Раз уж разговор зашёл, позвольте возразить. – Вечерний воздух понемногу очищал врача от винных паров, речь его становилась всё более рассудочной, без лишних эмоций. – Вы с ними общаетесь, они хоть сколько-то откровенны с вами – значит, отчасти вы посвящены в их мифологию.

Да и по себе вы наверняка догадываетесь, что ваше прибытие в Гли не случайно, они имеет смысл и цель.

– Да, я уже ломал над этим голову. Концы с концами не сходятся. По всему, я не должен был тут оказаться. Хорошая профессия, приличный заработок, холостяцкая жизнь – куда лучше?

– Всё верно, – якобы согласился Тамаши. – И вдруг вы повернули винтолёт. Сами, по своей воле. Почему? Не в девушке же дело. Да-да, не пытайтесь отнекиваться.

У нас народ глазастый, сплетни обожает. Многие видели, как вы прощались с Серокрылой. Сказать, что вам завидовали – сказать слабо и пошло. Как бы во Франции отнеслись к человеку, которого обнял живой ангел?

Кабэ готов был рассердиться, хотя виду не подал.

– Мы не обнимались. Даже за руки не брались.

– Дело не в жестах, а в особом отношении. Серокрылые живут открыто, но при этом они замкнуты в своём кругу, с глийцами общаются постольку поскольку.