Воздушные шары Сальви-Крус

– На что ты намекаешь? – заинтересовалась предсказанием Наташа.

– Увидишь… Ну, говори же, не томи!

Немного поломавшись еще для поддержания разговора, под последние такты Наташа прошептала желанные цифры: два – семь – три – три – пять… Юрка тут же подхватил их и намертво записал на корочку. Впрочем, тогда он еще не знал, не представлял, когда и как номерком воспользуется. И воспользуется ли вообще. Теперь же знал, что воспользуется, и именно сегодня.

Странный – не странный, но не совсем обычный уж точно, вечер перетекал в свое логическое продолжение.

Запасшись предварительно двушками, Юрка дождался, когда в казарме все успокоится, а офицеры разойдутся по домам, Юрка потихоньку оделся и знакомыми каждому курсанту тропами выбрался из училища, оказавшись в Городе и в самоволке одновременно.

Снегопад усилился и, похоже, закручивалась метель. Снежные струи, шелестя, вились вокруг деревьев, столбов и даже просто так, завивались друг вокруг друга, сворачивались кольцами, зловеще при этом посвистывая.

Ветер тут же накидал ему колючего снега в лицо и за шиворот, и еще подкидывал, еще! Юрке нестерпимо захотелось в тепло, в уют, и он, определив направление на ближайший телефон-автомат, припустил бегом.

Только позвонить в этот вечер ему не судилось.

Выскочив за хорошо освещенный фонарем угол ближайшего дома, за которым и располагалась телефонная будка, он уткнулся прямо в грудь начальника патруля.

– Куда торопишься, сынок? – проявил к нему отеческое вполне участие старый майор, бережно прижимая его разгоряченное лицо к своей заснеженной шинели. « Вот и все, – подумал Юрка с непонятным, но желанным таким облегчением. – Уж теперь обо мне позаботятся» И закрыл глаза.

И совсем через немного времени он уже входил в камеру на гауптвахте, где явно не хватало тепла, и совсем не было уюта, но где был, где сопел, свернувшись калачиком на нарах, ничего не подозревающий его друг Ленька.

Ночь обещала быть бессонной, и она-таки была для него бессонной, полной дум, сомнений и мечтаний. Но о чем он думал тогда, о чем мечтал, какие язвили его сомнения, он, провалившись под утро в короткое забытье сна, не запомнил, а нам про то неизвестно вовсе.

Но вот Алла! Алла – сосем другое дело. Про Аллу известно вот что.